Пропитано тобой пробитое тобой сердце

Их было больше сотни человек и душу каждого, Тревога в тот момент, как на абордаж взяла. Любого запросто можно героем этой песни, было сделать, Разные, но сидят в соседних креслах. Холостяк помятый, семьянин в брюках глаженых, Любимою женой. Сильные и духом павшие. Были здоровые и те, кто чуть-чуть покашливал, Богатые и чье богатство в отделении багажном. Умещалось в сумке лишь одной. Чья жизнь - не сахар, И счастливые. Кто-то Иисуса, кто в Аллаха Из них верил. Но каждый - пассажир лайнера, Что высоту терял посредине океана. Кто-то из них молился, кто-то сына молча гладил, Кто-то истерил. Дедушка один в иллюминатор. Глядел и улыбался. Год назад он схоронил, Бабушку и теперь сидел и напевал тихо. Пропитано тобой пробитое тобой сердце, Я не открывал, но выбита ногой дверца. Я лечу к тебе, мы будем там с тобой вместе, Пропитано тобой пробитое тобой сердце. Их было двое и за час до этого, Всего познакомились благодаря билетам. То ли судьба распорядилась так, то ли кассиры, Но они сидели рядом: продавец и дочь банкира. Что-то было в ней: неподдельное, родное Он накрыл её ладонь рукою, моментально понял, Что полюбил. Она лишь улыбнулось ласково, Поняв, что отыскала свое главное богатство. И он пытался надышаться ароматом тех волос атласных, Не желая вспоминать об опасности. Эта любовь жила всего лишь час, но напрасно ли? Ведь суждено погибнуть вместе и любя не каждым. Я лишь хочу, чтоб каждый, ценил тех, кто Богом, Были посланы навстречу нам на жизненной дороге. Ценил то, что есть у нас, ведь чье-то счастье, Длится всего лишь час в креслах хвостовой части. Пропитано тобой пробитое тобой сердце, Я не открывал, но выбита ногой дверца. Я лечу к тебе, мы будем там с тобой вместе, Пропитано тобой пробитое тобой сердце.