Анастас Микоян E

Разводным ключом решают вопросы. Там горячо, бля, или сыро, как в позднюю осень. Разменянный талант, разменены сотни путей. Папа по делам, я буду скоро один посидеть. Воля оглушала и давила до боли на грудь. С такими же дебилами я начал двойную игру. Думаю, я один, а за порогом в крови рукоять. Думаю, завидовал бы сам Анастас Микоян. Ну-ка всем лежать, буду с обрезом и на костылях. Голову мутит, лучше не рыпайтесь, Буду стрелять. Это карантин, нас истекут, Как гниющую плоть. Видится во сне мне это чувство, где-то во тепло. Ну что, тебя посадят скоро, морда. Мы с папой обзвонили больницы, Морги. Откуда ты пришел, вот туда и иди. Ты бы умер поскорей, разве получится и забыть? Сны, обрывки памяти, памяти. Как у всех, сука, два пути, два пути. Надо бабок, слышь, замутить, замутить. В общем, сами все знаете, знаете. Сны обрывками памяти, памяти. Как у всех, сука, два пути, два пути. Надо бабок, слышь, замутить, замутить. В общем, сами все знаете, знаете. Разве как дела? Злобная пила не распилит эту цепь. Ноги в кандалах. Всевидящий Аллах. Роба не халат, это нихуя не цепь, Это ебаный коллапс. Как эти бабки давались с трудом. Ложки загнутые из zipa в кармане пальто. Пели так уверенно, но сипло. Мой баритон, ты не морозься, лучше молчи, Пожалеешь потом. Ангельские руки за спиною, как крылья сложу. В темные подвалы, будто в бездну, забыв парашют. Яркими моментами осколки холодной зимы, Будто лет на десять оглушен, заморожен до пыли. Облака буряновой пыли, алюминиевый бокал. Горячий гуталин, три огромные глотка. Жажду утолит эти стены баррикад. Со свободой разделить готовы на века. Сны, обрывки памяти, памяти. Как у всех, сука, два пути, два пути. Надо бабок, слышь, замутить, замутить. В общем, сами все знаете, знаете. Сны обрывками памяти, памяти. Как у всех, сука, два пути, два пути. Надо бабок, слышь, замутить, замутить. В общем, сами все знаете, знаете, Знаете.