Целуя знамя

Целуя знамя в пропылённый шёлк и выплюнув В отчаянии протезы, фельдмаршал звал: "Вперёд, мой славный полк! Презрейте смерть, мои головорезы!" И святыми знамёнами горды, Воспалены талантливою речью, Расталкивая спины и зады, Одни стремились в первые ряды И первыми ложились под картечью. Хитрец и тот, который не был смел, Не пожелав платить такую цену, Полз в задний ряд, но там не уцелел. Его свои же брали на прицел и в спину Убивали за измену. Сегодня каждый третий без сапог, Но после битвы заживут, как рёзы. Прекрасный полк, надёжный, верный полк! Отборные в полку головорезы. А третьи среди битвы и беды старались сохранить и Грудь, и спину, не выходя ни в первые ряды, Ни в задние, но, как и за еды, Дрались за золотую середину. Они напишут толстые труды и будут гибнуть в рамах На картине. Те, что не вышли в первые ряды, Но не были сзади и горды, что честно Прозивали в середине. Уже трубач без почестей умолк, Не слышно меди, только звон железа. Ах, славный полк, надёжный, верный полк! Отборные в полку головорезы. Но нет им честь знамён не запятнать. Дышал фельдмаршал весело и ровно, Чтоб в их глазах потомков оправдать. Он молвил: "Кто-то должен умирать, А кто-то должен выжить, безусловно". И нет звезды тускнее, чем у них. Уверенно дотянут до кончины, скрываясь за Отчаянных и злых. Последний ряд оставим для других. Умеренные люди с середины. В грязь втоптаны знамёна, славный шёлк, Фельдмаршальские жезлы и протезы. Ах, славный полк! Да был ли славный полк, в котором сплошь одни Головорезы?