Истины

Когда в глазах слеза честная, чистая, Она как линза увеличит смыслы коллизий жизни без Мистики. Только так на белый лист ложатся мысли под Грифом истины, не прикрыты фиговыми листьями истины, Нарисованы грубыми кистями истины, Не написаны, но есть они, здесь они близко. Прочти притчи мне почерекой по-птичьей, Голосом чистым, что рождает покой в мыслях. Но мысли быстры, и погоня немыслима, Будет бессмысленна, если нечисты помыслы. Пустые домыслы и доводы слабы расставлены на Перекрестках, где луцуют в хлёст, где пьяные Глашатые кричат взахлёб правила. Чего еще жизнь добавила? А ты не слушай. Про истину зарифмуй рифмы крупным Шрифтом, пиши на стенах предписные истины. Истины не прикрыты фиговыми листьями истины. Здесь они. Под уютным покрывалом держись за забрало. И мало ли, чего не знали мы, о чем Мечтали мы в своих мечущихся противоречиях, На встречах, где на свои плечи валили мы, Чего те не смогли. А мы все сделали, как Рем и Ромул мы Свой Рим построили, и гуси нас спасли, Предупредив, прогоготав, толпу вокруг собрав. Теперь среди дубрав хочу знать, хочу знать, Где брать, хочу знать, где брать опять истины. Хочу знать, хочу знать, где брать, хочу знать, Где брать опять. Когда в глазах слеза честная, чистая, Она как линза увеличит смыслы коллизий жизни без Мистики. Только так на белый лист ложатся мысли под Грифом истины, не прикрыты фиговыми листьями истины, Нарисованы грубыми кистями истины, Не написаны, но есть они, здесь они близко. В принципе, рыцари трусы. Видел их лица против мельницы из-за девицы. Лично мне видится, тут нет символизма или замысла Творца Сервантеса испанца, то самца атавизмы, Комплексы бойца, что-то типа властелина кольца. Мыльцо рыцарства. Что ты знаешь о сердцах, без конца не искавших Лидерства, кто не стремится по светской лестнице Выбиться, естественным светом расцветятся и высится Их царство. Истина. Истина. В Саровской пустыни горят лампады без устали, Все великие мира кажутся здесь моллюсками. Игольное ушко так узко, не всех нас пустят, Но русский знает путь. Он пролегает через муки. Истина не прикрыта фиговыми листьями истины, Нарисованы грубыми кистями истины, Не написаны, но есть они, здесь они близко. Когда В глазах слеза честная, чистая, Она как линза увеличит смыслы коллизий жизни без Мистики. Только так на белый лист ложатся мысли под Грифом истины, не прикрыты фиговыми листьями истины, Нарисованы грубыми кистями истины, Не написаны, но есть они, здесь они близко.