Алена E

Он смотрел брезгливо на проходящих мимо, Промокая под дождем, руки опускались бессильно. Его бесило, ибо жизнь несправедлива, Обделяла его, а жить хотелось красиво. Слово на то, что все так плохо и почему Его молитвы не доходят до Бога. Снова ему казалось, что он дома, Но память обрывалась осенним ветром и громом. Помнил, как ушла мать, как ее не стало. Не понимая того, видел, как сестра рыдала. Отца потеряли еще позапрошлым летом, А он даже не знал, кого обвинить в этом. Больше не было ласки, нет родительских рук. Воспитатель в детдоме часто бывает груб. Потные руки от волнения и страха. Он бы не посмел так, если б был бы Папа. Не переставал лапать Алену, Его сестру. Он обещал убить его, когда подрасту. Найдем маму, мы сбежим отсюда. Бредил, повторяя это, подхватив простуду. В детдомовском дворе у старого клена смотрит в Пасмурное небо его сестра Алена. Лицо исполосовано ударами по щекам, Захлебываясь, хныкает после вчерашней ночи. Стоял ноябрь, над крышами кружили птицы, Слипались на щеках от слез замерзшие ресницы. Если б братишка успел отвертку передать ей, Ее не изнасиловал бы пьяный воспитатель. Все проходит, но остаются раны. Они напомнят о себе через время инициалами там, Где скрип откачельного качели, в коридорах бродит Смех на грани плача. Не плачь, все будет хорошо у нас. Братик утешал сестру, стирая ее слезы с глаз. Голос знакомый ударится в стекла оконные, Забившись в углу уже полусонными. Лета словно и не было, а вот и грозы. Проклинал небо, оно в ответ лило слезы. Стрелки встали на часах, взгляд прикован к потолку. Почему не отпускает страх? На голые стены падали тени из ниоткуда. Гневал судьбу и больше уже не верил в чудо. Так больно просыпаться в детдоме серым утром. Покоя не видать им здесь, он чуял нутром. И вдруг решился час, самое время суток. Разбудил сестру. Бежим! Я больше не могу так. Сколько можно? Прошу тебя, доверься мне. Она звала нас. Вчера я видел маму во сне. Пугали шорохи, по телу пробегала дрожь. На цыпочках за ручку в окна барабанил дождь. Вот уже выход, сомнения позади остались. Свет фонарика, знакомый голос. Куда собрались?