Глава 11

Глава одиннадцатая. Без вех Или человек, который пел мои песни. Порты как люди. У каждого свой характер. Одесса кричит, Калининград молчит, А Питер шепчет. Именно в питерском порту среди запаха смолы и рыбы Я встретил его Человека без прошлого. Он сидел на ящике из-под снастей, Курил самокрутку И напевал мою же песню. Ту самую про пароход, которую я когда-то сочинил в Трюме номер три, Но пел ее иначе, с какой-то дикой тоской, Будто каждое слово вырывал из собственного сердца. Я остановился, слушал. Гармонь в моих руках молчала впервые за долгое Время. Он заметил меня, Посмотрел пустыми глазами и сказал: "А ты его знаешь, Автора?" Я ответил: "Знаю, это я". Он усмехнулся. "Все вы тут авторы, Пока море не заберет голос". Оказалось, его звали Лев. Когда-то он был капитаном, Возил танкеры по Северному морскому пути, А потом случилось что-то. Он не говорил что. И он остался без судна, Без лицензии, без имени. Теперь он жил в порту, сторожил склады, Разгружал ящики и пел чужие песни, Будто в них была его единственная правда. Мы пили чай из жестяной кружки. Он не признавал алкоголь. "Водка это ложь в жидком виде, Говорил он. А море правды не прощает". Он рассказал, что слышал мои песни от других Моряков. Те перепевали их в дальних рейсах. "Твоя Цыганочка сейчас в Норвегии популярна. Усмехнулся он. Норвежцы думают это народное". Лев знал все Про капитана Степана и его стихи, Про бар в трюме, даже про Машу художницу. "У моряков своя почта, объяснил он. Новости разносятся быстрее, чем штормовые Предупреждения". Я спросил: "Почему ты не вернешься на море?" Он покачал головой. "Море не любит тех, кто предал себя. Я однажды выбрал берег, и теперь он мой единственный Капитан". Перед рассветом он вдруг запел новую песню. Ту, что я еще не успел никому сыграть. Про бутылку с посланием самому себе. Я онемел. "Откуда ты знаешь?" Он ткнул пальцем в небо. "Ветер принес. Он умнее всех нас". Уходя, Я оставил ему Витязя. Не знаю почему. Может, хотел, чтобы у его песен появился голос. Может, надеялся, что он сможет спеть то, Что я еще не смог. Через неделю я узнал, что Лев уплыл на попутном Сухогрузе в Аргентину. Говорили, Он играл на гармони и пел так, Что даже чайки замолкали. А в моей каюте лежала записка: "Спасибо за голос. Теперь твои песни доплывут туда, Где ты никогда не бывал". Иногда я думаю, а был ли он вообще? Может, это ангел, А может, морской бес. Кто ж разберет? Или просто человек, который потерял все, Кроме способности слышать море. Как говорил капитан Степан, Есть люди маяки Горят далеко, Но ведут тебя к себе. А есть люди-рифы Молчат, пока ты не наткнешься. Лев был и тем, и другим. И после встречи с ним я понял песни Как волны, Они уходят в плавание без нас И иногда возвращаются С чужих берегов с новыми голосами.