Когда наболело

Что ни делай, без толку: с суетой не расстаться. Как клопы, ищут щелку, чтоб залезть, Присосаться. Им кусочек послаще непременно чужого. Если ты настоящий, даже бранное слово от Тебя им награда, ведь самим выжить нечем. Хуже липкого ада их невинные речи. Ненасытные, алчные твари, сколь ни дашь, Нет бездонней дыры. Сердце щедрое дарит и дарит, а скупое считает дары. Из добра извлекает обиды, даже в нежности видя Упрек. Хуже нет тех, чья дружба для виду, Им любовь и сердечность не впрок. Им любовь и сердечность не впрок. Строки листьями мокнут, ночь сжимает пружину. Дверь запрешь лезет в окна снова эта дружина. Подколодно глазеет пересудами души. С ними утро темнее, словно мертвые Души. Ненасытные, алчные твари, сколь ни дашь, Нет бездонней дыры. Сердце щедрое дарит и дарит, а скупое считает дары. Из добра извлекает обиды, даже в нежности видя Упрек. Хуже нет тех, чья дружба для виду, Им любовь и сердечность не впрок. Что? Что из Нави, из мути вдруг слетелись на свет? Неживые по сути, вас как будто и нет. Ненасытные, алчные твари, сколь ни дашь, Нет бездонней дыры. Сердце щедрое дарит и дарит, а скупое считает дары. Из добра извлекает обиды, даже в нежности видя Упрек. Хуже нет тех, чья дружба для виду, Им любовь и сердечность не впрок.