15 лет

Не знаю, кого там рубало. Походу рубило нас. Пятнадцать зим как подвалом накрыло чужой Показ. Пятнадцать лет мы молчали, Жали проглатывать крик. Пепел под майкой качали, а верили выстоит Миг. Заперты в старых районах, Стёрты, как надпись на лонг. Каждый свой трек в телефонах, каждый куплет в утиль, В огонь. Думали, вырастем легче, Станет дышать в полный рост. Выросли только все речи, липнут к нёбу, Как в горле мост. Пятнадцать лет молчания, ау-ау-ау! Мы эти треки записали в яму сдал. Сделал и стёр, чтоб не слышал район. Ну и что? Теперь вся боль это наш миллион. Пятнадцать лет молчания, ау-ау! Кто нас искал все давно устали. Треки записали и тут же пропали. Только эхо, только шрамы сказали. Времени хватит на стадион, а нам не хватало на Такт. Мама просила вернуться в дом, город шептал: "Ты не так". Мы выбирали не лайк, а хлеб, Не шанс, а стабильный ноль. Прятали рифмы от злых бесед, чтобы не ранить их Боль. Каждый черновик самолёт, Билет в никуда, в корзину. Сервер падал, глючил блокнот. Снова молчание, как вакцину. Между сменами в час ночной шёпотом кину Строку в тетрадь, будто кидаю бутылку в прибой С мыслями: "Кто-то сумеет читать". Пятнадцать лет молчания, ау-ау! Мы эти треки записали и в яму сдал. Сделал и стёр, чтоб не слышал район. Ну и что? Теперь вся боль это наш миллион. Пятнадцать лет молчания, ау-ау! Кто нас искал все давно устали. Треки записали и тут же пропали. Только эхо, только шрамы сказали. Может, когда-то найдут архив, старый, Как ржавый подъездный ключ. Слышишь, как дрогнул забытый мотив? Это не призрак, это наш хруст. Мы не вернём эти пустые года, но можем вернуть Себе голос и взгляд. Пусть эта фраза звучит холодно, Завтра её уже споют на шатре. Пятнадцать лет молчания, ау-ау! Мы эти треки записали и в яму сдал. Сделал и стёр, чтоб не слышал район. Ну и что? Теперь вся боль это наш миллион. Пятнадцать лет молчания, ау-ау! Из тишины поднимаемся, встали. Треки записали и тут же пропали, Чтобы вернуться, когда нас не ждали.