Ужасы

Ужасы в жизни, Ужасы в кино. Мир сорвало с петель. От голода мне мало. Внутри окно. Вчерашний друг стал зверем. В ленте тела и пепел. И дети учат алфавит по новостным сюжетам. Еее. Ежедневные точки конфликта, красные маркеры на Карте. Там, где горит, уже привычно, Лишь бы нас не тронуло в тетради на парте. Мы выгорели за экранами, перепутали боль и контент и Лайкаем чью-то последнюю, как будто это и есть Момент. Ужасы прямо за окном. Закрываю шторы, но слышу, как рвётся дом. Убийства, стрельба, ракеты, беспилотники. Человечество прячет страх в короткие сводки. Насилие, грабеж обычный тон. Мы называем это очередной сезон. И я смотрю в темноту, пока свет поглощён, И думаю, что же впереди ещё? Я, я. А, а. Здесь каждый второй пророк, каждый третий судья и Присяжный. Мы меряем жизнь циферками. У кого топор покруче, тот и удачлив. Слова как выстрелы в лобби, Комменты полные желчи. Мы строим стены повыше и верим, Что так станет легче. Но где-то подвале под вой сирен девочка гладит Щенка, чтобы просто не плакать. Там мать считает секунды между падениями. Старик, что вчера продавал семечки, Сегодня рыщет по мусоркам, молча молится во тьме, Чтобы хоть кто-то услышал там. Ужасы прямо за окном. Закрываю шторы, но слышу, как рвётся дом. Убийства, стрельба, ракеты, беспилотники. Человечество прячет страх в короткие сводки. Насилие, грабеж обычный тон. Мы называем это очередной сезон. И я смотрю в темноту, пока свет поглощён, И думаю, что же впереди ещё. Может быть, в чьей-то кухне кипит вода и варится Чай. И два человека молча решают, Что хватит превращать мир в безнравственный край. Может, в чьём-то дворе мальчик делится хлебом с Братом. И в этих маленьких тихих жестах есть шанс Не скатиться за жизни к откатам. Ужасы прямо за окном. Закрываю шторы, но слышу, как рвётся дом. Убийства, стрельба, ракеты, беспилотники. Человечество прячет страх в короткие сводки. Насилие, грабеж обычный тон. Мы называем это очередной сезон. Но если мы хоть раз поднимем взгляд из своих Икон, Есть ли ещё что-то впереди? Что ждёт нас ещё?