Быть

Мы всегда мечтали не бежать в колесе Быть самой первой буквой на чистом листе Нервы как из стали, синица в руке Снова улетаем Но уже словно не те Тут всё не так, как выглядит на первый взгляд, И выиграть или выгореть навряд ли каждый рад спустя года, Поэтому ключи беру, пора к рулю, педаль в пол топлю, Но на деле на месте стою. Имейте в виду, Что наметили, ветер сдул. Каскад из мыслей Где мы с ней тут? Сад, школа, институт За окном плюс тридцать летом, мне за тридцать где-то, Ращу пацана и пробую писать куплеты. Но у жизни свои планы, мы взрослеем, собираем шрамы, Опыт по капканам, люди-великаны Смотрят сверху вниз на тех, кто не вывез и сник, И с ними маски сними, как после спектакля артист. Я спотыкаться привык о преграды судьбы, Хотел обойти, но посмотри – за дверью тупик. Но если выбраться, то там на море вид, Ведь жизнь игра, и я здесь главный гид. Это вы тот гид? Мне бы выйти в негатив, Сменить полярность, пару корон накатив на корпоративе. Снова один. Сломанный тир Купидона, Святой Валентин - Бездонны дагерротипы ностальгий, плюс мой нетрезвый стиль. Но тут как окрестил грохот окрестности, и это не обстрел - Тут претенденты в лучшие гроссмейстеры. Скорей Добро нести или переполох, громом взрывать компрессоры. Над пропастью в шкафу скелет, теперь он ей не оставит пресности, Чтоб тебе было на чём крест нести, когда вдруг без вести Нагрянет перевес злых сил, облезлых псин. Ты думал как отец, но сын, всё это сон вселенской древности: Любовь, деньги, война... Дай своим бесам хлеб и дзен в сети. Или проснись, вставай немедленно, несёмся больше сотни, На повороте светил указатель, где намекалось на путь господний. Да, чудеса не свойственны тут в преисподней. Ты веришь или нет? Не важно, но блин, вот ведь оно происходит. Мы всегда мечтали не бежать в колесе Быть самой первой буквой на чистом листе Нервы как из стали, синица в руке Снова улетаем Но уже словно не те В провинциальном городке музыка не звучала, Мёртвому анархисту пох, что нет ружья, Это грустно? Как это всё печально! И когда будет нужно — нас просто удалят. Это не папа рапа, скорее лампы раб, Любитель велов типа GT Karakoram, На двадцать пятом кадре только чёрный квадрат, Знаю как давит к полу минусовый баланс. Тут часто есть куда пойти, но жаль, что жить негде, И чувства даже к близким давно уже не те, Сорри, если не смог простить, всё также зол и беден, Чтобы быть лучше, чем вчера, стоит лишь захотеть. Но я не хочу так же, как и ты, Слушать бредни жены, возить, катать, кружить, Платить кредит, снова искать мотив... Взбираюсь в серпантин на выцветшем магните. Почти пятнашка с Поздно, жестко За столько лет младенец в подростка, Из Alpha в Z, но не в тех, что с девяностых Научат, чтоб намерено косо взгляд На тех как я, кто переоделся в америкоса Так не хватает переноса тела легкости Чтоб лопасти из континента в континент могли нести Без стимула кликнуть delete - мобильный чтоб чист Чтоб пограничник - человек обычный, а не-человек чекист И по привычке на район - будто назад лет триста Тогда район сам по привычке и остановился Машина времени от нечего делать там бесится и Артем Олегович сменил профессий своих С тех пор гору, Где мой двор был, видел четко я ведь, Теперь впору По фото check - ни к черту память Но запомни, добрый человек, наш отчет вот он Арматура, запись двадцать четвертого года Мы всегда мечтали не бежать в колесе Быть самой первой буквой на чистом листе Нервы как из стали, синица в руке Снова улетаем