Under E

Через крыши до подвалов экстремально до отвалу. Я читаю про баранов, тянет нереально. Я прошёл лёгкий этап, где приграничье круглым адом. Дети Мерии с Нидгарном, войны тянет как баллады, Которые кассеты трещат четыре года. Работа из работы, уроборос для заёба. Невидаль звучна на треках прошлого ситкома, Но без комедии тоже будет что-то типа промо. Альбомы за альбомами, другие в лёгком промахе, Но это доводы, что мол мой нейм и тоже Молотов. Хотя давай по поводу, забиваю жёстким Порохом. Биты, слова, рисунки, level up и ворохом. И эта эзотерика тянется давно. Мне там атмосфера существует, но про это потом. Я не открыл Америку, я открываю дно, Где морозы тянут мой несущий типа мутный флоу. В ореоле светится моя непростая беда. Я на поле боя ухожу в новый гадкий этап. Я-то и не беден, но рифмы гоню в маек. Самоископание твёрдо держу в такт. И я возвращаюсь назад, как будто бы по дням, Чтобы с колена поднять пыльный мега ляп. И это будет звучать. Да, это будет качать. Пока в ночи пишу для другого трека пар. Я опускаюсь через крыши прямо под землю. У меня акрофобия, но это незаметно. И это не утопия о простецком рэпе, Если переслушать сатиру, сделанную Бэконом. Время ископаем на другие измерения, Где каждые моменты делятся на искупление того, Что кармы мы не сможем починить. Там, где клубок прошлого оставит свою нить. Я по биту шагаю, чтобы просто не мешая будущим Для урожая этого посева рая. И если в лодке миди клавы не потонет мой Титаник, моя нога босая, чтоб не топать плане зная. Все, что было, уже давно прошло. Это колесо сансары тянет успехи по дну, Где маленькая яма или огромное дно, Из которого выбраться точно мне не суждено. Но я вижу себя в зеркале по сто раз За день. Мне же будет все равно на то, Где умер манекен. Под словом рэп мишень для рифмы Грень на хрен. Эти запутанные строки everyday. А знаешь, для кого-то было так, что один дурак Не сможет уложиться в такт. Все сгорит и прах развеют небеса. На утраченных битах файл даже не сыскать. А пока это только начало альбома. Я говорю про город, память о дворах Ростова, О том, что голова рождена, чтобы думать. И о том, что люди непросты, ведь они еще Не трупы. Все выше. Слова не только про мой рост. Я писал альбом несколько годов, ну просто потому что Я ленивый. Вот и все. Кстати, этот пафос свой просто куплет На фит не пришел. Йоу.