Зимняя элегия

То ли ветер бродит по трубе, То ли мне заняться больше нечем. Только почему-то о тебе вспомнил я в холодный зимний Вечер. Вспомнил, как такой же вот зимой, щуря близорукие Глазенки, заявилась ты ко мне домой в Сапогах-ботфортах и в дубленке. Я в ту пору был нетерпелив, потому надеждой сердце Грея, выставил на стол аперитив, Чтобы дело двигалось быстрее. Помню, я молол какой-то вздор, ну а ты от Смеха, чуть не плача, поглощала приторный ликер. Проще говоря, баба-укладчик. Я к тебе под юбочку не лез, вел себя Как джентльмен при даме, соблюдая грамотный процесс, Четко отработанный годами. Полумрак, Зажженная свеча, Тени, заплетенные по стенам. И на фоне этого звучал Хулио Иглесиас "Этэна". Сладостного чувства благодать. С неба снег в окне, как Божья милость. Невозможно было мне не дать. Только ты вот как-то умудрилась. То ли бездуховность, то ли блажь, Но вертясь, как уж на сковородке, Ты сказала вдруг, что мне не дашь, И легла в постель, не сняв колготки. Был заразен твой пример дурной. Сам себя не очень понимая, я зачем-то тоже лег С тобой, труселей семейных не снимая. Ночью ты несла какой-то бред, что всю жизнь мечтала Об уюте, что в тебя влюбился Магомед, Зампреда исполкома в Хасавюрте. Что тебе не нужно ни хера: ни любви, Ни ласки, ни омлета, потому что года полтора парня Ждешь из армии вообще-то. Что случайный секс тебе в облом с тем, Чей образ жизни так беспечен. Я лежал и думал о былом, заглушив желание двинуть В печень. Утром в мятой кофте из джерси, Надевая рыжую дубленку, ты просила деньги на такси и На день рождения ребенку. Тридцать лет, как будто хер с горы, Прокатилось, оставляя ветер. Многое изменилось с той поры, как ты растворилась на Рассвете. По Сибири проложили БАМ, Был построен Олимпийский в Сочи. Только фраза "Я тебе не дам", Мне порой, как прежде, душу точит. И при этом, будто на века, причиняя муки год От году, словно рана у фронтовика, И свербит, и ноет в непогоду. Уж давно истлела та фата, под которой в ЗАГС Ты приходила. Ты была и в девках не фонтан, А сейчас не краше крокодила. Но листая память сквозь года, Понимаю я всего скорее: Если б отдалась ты мне тогда, Разве вспоминал бы о тебе Я?