Свет в моих развалинах

Я помню тяжёлый воздух, Тесные стены, Имена моих страхов, Вырезанные на сердце. Я помню тишину, Которая кричала громче грозы. В эту трещину ночи Ты входишь, Христос. Как огонь в мои руины. Как дыхание в пыль. Город спит, как разбитый сосуд. Фонари как остывшие свечи. Я иду по обочине чут, но путей у меня Все меньше. На ладонях обугленный день, На ресницах недосказанный крик. Я носила свою тень. Как одежду из серых ниток. Ты приходишь в мою жизнь со славой. Тихо, как рассвет в разбитом стекле. Ты зовешь меня по имени правдой там, Где я тонула в тяжёлой золе. Ты приходишь в мою боль, как пламя, Разрывая цепи старых историй. И во мраке, где дышала я прахом, Расцветают твои простые зори. Я жил, завернутый в привычки, как в мокрое Полотнище. Оно липло к коже, Пахло виной. И усталостью. Я верил, что так и надо, что сердце склад Чужого хлама. И если больно, значит живой. Значит, еще не списан. Но ты вошел не с громом, а как шепот В закрытой комнате. Ты не стал перебирать мои маски. Ты просто назвал меня сыном. И ржавчина моих лет- Начала отставать от души. Все мои поздно. Все мои слишком. Тают в одном твоем взгляде. Как январский иней. Я вдруг понимаю. Я не сумма потерь. Я тот, кого ты держишь, когда рушится дверь. Ты приходишь мою жизнь со славой. Тихо, как рассвет в разбитом стекле. Ты зовешь меня по имени правдой там, Где я тонула в тяжёлой золе. Ты приходишь в мою боль, как пламя, Разрывая цепи старых историй. И во мраке, где дышала я прахом, Расцветают твои простые зори. Я боюсь поднять глаза. Все еще жду удара. А ты уже снял приговор, оставил только алтарь. Я держусь за свои осколки. Как за якорь, как за дом. А ты становишься берегом. Где я впервые целиком. Слышишь сердце это свобода. Это не мечта, не игра. Это шаг из темноты в кого-то. Кто остается, когда дрожит земля. Ты приходишь в мою жизнь со славой. Тихо поднимаешь из пепла риф. Ты зовешь меня по имени правдой там, Где я считал, что мне нет пути назад. Ты приходишь в мою боль, как пламя. Переписываешь шрамы в строки любви. Где грех держал меня в капкане, Я теперь дышу. Потому что живешь во мне ты.