Три стихии

Не в злате палаты, Не в шелке узорном, А в дебри, где сумрак и мох на коре. Жила их порода В согласии спорном, В извечной суровой дремучей игре. Их колыбель грозовая метель, дом их сырые ущелья. Здесь вместо перин сталактитами ель, Здесь хруст векового похмелья. Они не герои светлого сказа, не витязи в шлемах На резвом коне. Три древних стихии, три гибельных сглаза дремали Века в нашей дикой стране. Первый шаг и прогнулась земля. Второй шаг затянулась петля. Третий шаг полыхнула зала. Стихия слепая на волю пошла. Три брата, три глыбы, три вечных столпа сметается в Щепки любая толпа. Дубыня ломает, Усыня плетет, Горыня хребты в порошок Перетрет. Их сила безлика, Их ярость слепа. Три брата, три глыбы, три вечных Столпа. Дубыня врос в землю, гранитная глыба. Его плечи скалы, а руки стволы. Захочет и выдернет лес без изгиба, Отбросив дубы, как пустые столы. Усыня крадется, как морок по травам. Он реку, как змея, способен обнять. Усами-веревками к темным заставам притянет и русло Заставит стоять. Первый шаг расколот ответ. Второй шаг бурлящая смерть. Третий шаг по камню искра. Беги без оглядки, Коль жизнь дорога. Три брата, три глыбы, три вечных столпа сметается Щепки любая толпа. Дубыня ломает, Усыня плетет, Горыня хребты в порошок Перетрет. Их сила безлика, Их ярость слепа. Три брата, три глыбы, три вечных Столпа. А третий Горыня. В нем плещется лава. Он горы сминает, как глину рукой. Слепая, дремучая, злая орава. Они никогда не уходят в покой, И тучи от гнева чернеют кругом, Когда он бьет в землю своим кулаком. Три брата, три глыбы, три вечных столпа Сметается в щепки Любая толпа. Дубыня ломает, Усыня плетет, Горыня хребты в порошок Перетрет. Их сила безлика, Их ярость слепа. Три брата, три глыбы, три вечных Столпа. Смолкает гуденье, Стихают ветра. Три грозные тени Сошли со двора. Но если земля задрожит под ногой, Они где-то рядом За твоей спиной. За твоей спиной.