Я хочу твое сердце

Твои окна режим полёта, ни гудков, Ни случайных "ты где?" Ты исчез так легко, будто кто-то просто стёр моё Имя везде. Город плавится в лужах неона, Я брожу среди поздних витрин. В голове бесконечная зона из непрожитых нами картин. Твои окна режим тишины, как Берлин сорок пятом Пустые. Я хожу по руинам весны в своей худи Оверсайз и без стилей. Ты исчез, будто стёрся сервер, Без прощай, без финальных сцен. И теперь моё сердце север, где по картам давно Не ждут перемен. Ты человек без режима "чувствовать", Без внутреннего маяка. Будто внутри тебя пустоши непроглядная темнота. И я знаю, ты не скучаешь ночами, Не ищешь меня в лицах людей. Но почему тогда моя память так похожа на арт Обстрел? Я хочу твое сердце не руками, А током под кожей, будто где-то под слоем льда Оно всё-таки биться может. Ты не создан для навсегда, для признаний и громких Драм, но я всё ещё, как война, Подступаю к твоим стенам. И пока целый мир учит меня отпускать, Я хочу невозможное тебя чувствовать хотя бы во снах. Мои подруги твердят: "Он red flag, Удаляй архив". Но любовь иногда это личный Нюрнберг внутри, Где сама себе прокурор и сама себе подсудимая. Я тебя оправдаю снова, даже зная ты стихийное. Между нами разбитый компас, будто нас никогда не Было, словно я просто сторис, что через двадцать Четыре исчезло. А я всё храню твой голос между ребер и Сообщений. Это уже не любовь, это форма военного положения. Я хочу твое сердце не руками, а током Под кожей, будто где-то под слоем льда оно Всё-таки биться может. Ты не создан для навсегда, для признаний громких Драм, но я всё ещё, как война, Подступаю к твоим стенам. И пока целый мир учит меня отпускать, Я хочу невозможное тебя чувствовать хотя бы во снах. Если в тебе нет сердца, я стану ему протезом. Контрабандой пронесу нежность через твоё железо. Пусть все говорят там давно ничего живого, Но я всё ещё слышу под пеплом что-то Знакомое. И когда-нибудь ночью Ты внезапно почувствуешь дым. Это я догораю Где-то под твоим ледяным.