Мама извини

Мама, извини, я загуляла. Возвращаюсь снова. Мама, извини, что я так и не стала дочкой Клёвой. Мама, извини. Все та же улица, Подъезд наш стремный. Может быть, когда-нибудь я отвезу тебя на Море. Москва меня встречала как родную, А проводила как чужую в ночь. Я ей несла себя такую-сякую. Она сказала: "Много вас, не в мочь". Я собиралась стать звездой, артисткой, Снимать кино, сиять с обложек, Врать. А стала строчкой в базе у коллекторов и Девочкой "поесть бы и поспать". Кредиты, съем, долги мое приданое. В кармане три копейки и билет. Плацкарт, перрон, вокзалы окаянные. Я еду, мам, я еду много лет. Мама, извини, я загуляла. Возвращаюсь снова. Мама, извини, что я так и не стала дочкой Клёвой. Мама, извини. Все та же улица, подъезд наш стремный. Может быть, когда-нибудь я отвезу тебя на Море. Я так устала от чужих вокзалов, От поездов, что мчали в никуда, От гулких лестниц, съемных одеял, Где даже стены знают: ты не та. А ты ведь ждешь, ты свет не выключаешь. Ты варишь борщ на всякий вдруг придет. Ты у окна, я знаю, как скучаешь и как Со мною вместе не везет. Прости за все несбывшиеся сказки. За "скоро, мам" длиною в пять годов. Я все верну заботой, теплой лаской. Я просто еду, мама, еду вновь. Мама, извини, я загуляла. Возвращаюсь снова. Мама, извини, что я так и не стала дочкой Клёвой. Мама, извини. Все та же улица, подъезд наш стремный. Может быть, когда-нибудь я отвезу тебя на Море. А знаешь, мам, А море это просто вода и соль. У нас и слез полно. Зато у нас твой термос, плед в полоску, Твое "Дочура, смотри кино смешное". И пусть Москва оставит себе небо в своих огнях Холодных, как металл. Я поняла, где море, где я ни была. Оно В твоих глазах. Я доплыла. Мама, извини, я загуляла. Возвращаюсь снова. Мама, извини, что я так и не стала дочкой Клёвой. Мама, извини. Все та же улица, подъезд наш стремный. Но я клянусь, когда-нибудь я отвезу тебя на Море. Отвезу тебя на море.