Пока земля не осела

Земля еще теплая, А они уже делят. Гроб еще не опустили, А у ворот уже стоят. Шепчутся о чем-то важном. Кому теперь завод? Дочери стоят в сторонке, У одной в глазах слеза, А у остальных расчеты, Кто получит гараж. Он строил эти стены Сорок лет своих трудов, А теперь делить их будут те, Кто не был к Рождеству. Не звонили, не бывали, Забывали про отца, А теперь стоят с бумагой, где нотариус овца. Земля еще не осела, А в сердцах уже война. Кто кому чего дороже? Вот такие времена. Мать молчит, глядит в иконы, Просит Бога: "Не суди". Их, родная кровь, рвутся, будто чужие впереди. Пока земля не осела, Они делят добро. Забыли про любовь и совесть, забыли про родство. Квартира, дача, гараж и счет в банке за углом. Дороже стало это тело, чем тот, Кто был отцом. У нотариуса очередь. Все с папками стоят. Кто-то шепчет, кто-то плачет, Кто-то смотрит только в стол. Брат на брата волком смотрит. Где твоя, братан, душа? Ты же клялся, обещал ты: "Не оставлю никогда". Мать звонила. Не приехал. Занят был. Дела, дела. А теперь приехал первым. Раздели, мол, все дела. Дом отцовский это память, А не просто квадратура. Только всем плевать на память, всем бы вырвать свой Кусок. Земля еще не осела, А в сердцах уже война. Кто кому чего дороже? Вот такие времена. Мать молчит, глядит в иконы, Просит Бога: "Не суди". Их родная кровь рвутся, будто чужие впереди. Пока земля не осела, Они делят добро. Забыли про любовь и совесть, забыли про родство. Квартира, дача, гараж и счет в банке за углом. Дороже стало это тело, чем тот, Кто был отцом. Соседи смотрят, Шепчутся у дома, Мол, были вместе, А теперь Чужие все. Никто не вспомнил про его слова, Про его руки. Только про наследство, Только про углы. Пока земля не осела, Они делят добро. Забыли про любовь и совесть, Забыли про родство. Квартира, дача, гараж и счет в банке за углом. Дороже стало это тело, чем тот, Кто был отцом. Может, вспомнят, что важнее Не бумаги, а родство. Пока земля не осела, Не теряйте вы его. Земля ему пухом, А им Наука на всю жизнь.