Кукла на ниточках

Тьма, холод, метал. Нити впиваются в плоть это адский балет. Кто дёргает за концы? Мне плевать на ответ. Я разорву всё к чертям, вот мой завет. Кукла на ниточках, дёргай, рви, Ломай! Кровь на пальцах, но я не сдамся, Знай. Кто-то за спиной? Я его найду. Вырву сердце, в пепел превращу мечту. Кукла на ниточках, хватит, кончен бал. Мир тюрьма, но я взломал её подвал. Нож в руке, взгляд стальной, я не твой раб. Разнесу этот кошмар, сожгу до основ, Да. Тени лезут из углов, шепчут: «Сдавайся». Но мой кулак как молот, воля сталь, Брат, не ломайся. Ниточки, провода потоком жгут, Режут, душат. Но я не тряпка, я зверь, я Стою, я кусаюсь. Зеркала трескаются, в них мой оскал. Отражение вопит: «Беги, пока не пропал». Бежать? Нет. Я иду прямо бой свой. Сквозь колючую проволоку лжи и сквозь ночной отстой. В воздухе запах гнили, смрад и тлен. Каждый шаг как по битому стеклу, но я не Плен. Кукла на ниточках, дёргай, рви, Ломай! Кровь на пальцах, но я не сдамся, Знай. Кто-то за спиной? Я его найду. Вырву сердце, в пепел превращу мечту. Кукла на ниточках, хватит, кончен бал. Мир тюрьма, но я взломал её подвал. Нож в руке, взгляд стальной, я не твой раб. Разнесу этот кошмар, сожгу до основ, Да. Нити рвутся с хрустом: одна, Вторая, третья. Боль как топливо, Ярость моя метка. Кто кукла? Выплевать. Теперь я судья в этом театре теней. Я диктую, кто жив, кто зря. Стены рыжат, пыль, дым ест глаза. Но я стою не кукла, не раб, не слеза. Из трещин в полу лезут когти, шипят, Зовут. Но я топчу их в прах, мой дух Не согнуть. Шаг вперёд, и назад дороги нет. Мой закон: либо ты, либо тебя. Вот ответ. Тик-так, часы отсчитывают срок. Последний узел, рывок, я одинок. Но свобода пахнет порохом и громом. Я не марионетка, я стал монстром. Вокруг меня хаос, крики, стоны, тьма. Но в груди горит огонь, он сожжёт дотла. Кукла на ниточках Сгорела в огне. Кукла на ниточках Сгорела в огне. Кукла на ниточках сгорела в огне. Пепел на ветру конец игре. Больше нет нитей, нет кукловода, нет цепей. Только я и сталь, новый рассвет новых дней. Тьма отступила, но шрамы остались во мне. Я не игрушка, я тот, кто идёт по краю В огне.