омут E

Славился воз, пробовал космос, Шеи косы, минимально летальная доза, Крик в горле занозы, сброс данных перед приемом, Ломаются кости, компромат монохроме, Проходка на грани, подстели солому, Рейс на Сапсане глубоко в омут, Прогрессирующая саркома, сто двадцать дней Содома на Сцене, незаконченная строка, плач младенца, Смех старика, солнце взойдет, но не завтра, Выбиты зубы у бара, осенний сезон на ребрах, Потрепанный сонер, толер без спроса растет, В живот ножевые с топорами на вылет. Что с ним делать? Смотреть ему. Всем зван, хуя. Смотреть. Если они говорят, блядь, не то, что взял, взял, Подошел, на кого попал, потом кормит, блядь, Просто так. Это полный пиздец. Так не делай. Наскальный рисунок в палате, Сгнить гнилом аромате диктата, А ты откроешь снова трактат по насилию, Врач прородил терапию в Африке, Наши головы будут украшены лаврами, В Османской империи правили мавры, Античные своды колонн за новым собором будет новый Барон, все по законам русского фольклора, Время ночного дозора, какой же ебаный позор Исполняют порнухе в яме кровавые шлюхи, Нехватка движухи на завтрак, вот бы вернуть время Назад. Граффити и баскетбол, дырявый перекроют чужой кусок, Его глаза чуть повредив, метанол завел беднягу в Адосток, слушая врага там сраный кровосток, Напрягши вок, злобный мигрант не осознал, Что даже во от не залечит этих ран, Что не изъяли сквозь одежду, как сказал однажды Кант, люди усохнут от надежды, словно прежде, Слышал скрежет, нас разрежут на столе в какой-то Стежке два студента с интересом на лице, На веселе. И словно капля на висле твой мир обрыганых талычков, Под цвет джинсы мертвых торчков, мы не певцы в Тонах цветов, я не Шевчук и не Тальков, Мой слог лишь песок слепых грехов, из лоскутов себя Споров придумал краску для холстов с картинами для Мертвых. Животины, вас сказали, что какие-нибудь хуйня вся Эта, Эти, блядь, иммигранты, блядь, приехали там кого-то Побить, кого-то хуярить ее, что вы, блядь, Стоите? Ну, а что Вы?