Бог от скуки лепил из глины зверей

Бог от скуки лепил из глины зверей. Каждой тварью от Бога был получен особый дар, Чтобы в новом мире не делать царей, Чтобы шансы их были равны И держали удар. Птицам выдал он перья И крылья вразлет, чтоб могли бы они Спастись в высоте. Как красив и стремителен птиц полет там, Где ветер шумит в синеве. Рыбам дал он серебро чешуи, Остроту плавников, гибкий хвост, Чтобы вот в темноту можно быстро уплыть и В пучинах морей Переждать мороз. Хищникам зубы и когти смог дать, Чтобы в резком прыжке настигать свою дичь. Дичь в копыта обул, Чтобы стадом бежать. Острый слух, чтобы хищников Слышать клич. А когда до людей дошла очередь вдруг, Все уже раздал Бог: ни когтя и ни чешуи. Вышел человек нагим, без клыков и брони и встал В круг. Только ветер по тонкой коже И холод в груди. И с тех пор среди равных человек стал чужой. Бог оставил внутри него пустоту. Бродит он по миру, иногда возвращаясь домой, Хочет весь мир впитать И постичь его глубину. Хочет он за птицами в дальнюю даль, Влиться в клин, что стремится на юг. И не знает, откуда в груди тоска и печаль, С чего сердце Так щемит вдруг. Хочет он нырнуть в океан, в глубину, А без воздуха в легких там верная смерть. Там, где рыбы скользят, рассекая волну, Чтоб на самое дно Самому посмотреть. Потому и бежит он в леса, Отвергая домашний уют и очаг. Прикоснуться быстрее к деревьев коре, Вдохнуть запах хвои И на мох сделать шаг. Пусть родился он хрупок и слаб, Но единственным, кто все это может хотеть, Человек, потому что готов все терять, Чтобы все В жизни успеть. Потому что готов все терять, Чтобы все в жизни успеть. Потому что Готов все терять, Чтобы все В жизни успеть.