Тишина на воле

Тишина, тишина на воле. Ни подъёма, ни звонка. А душа словно в неволе всё не Выйдет из замка. Тишина, тишина на воле. Ни подъёма, ни звонка. А душа словно в неволе всё не Выйдет из замка. Первая ночь дома, мягкая кровать, А я не могу уснуть. Мне страшно засыпать. Нет храпа сорока мужиков, нет лязга дверей, Нет света, что всю ночь горел. И темнота сильней. Я встаю в шесть сам, без всякой команды. Застилаю кровать, как там по линейке, Как надо. Мать смеётся: "Сынок, Ты отдохни, поспи". А я не умею. Я разучился, пойми. Я ем быстро, пригнувшись, закрывая тарелку рукой. Мать смотрит на меня и плачет тайком за стеной. Я вдрайге вою, когда кто-то сзади подойдёт. Я жду, что кто-то скажет: "Руки за спину, Вперёд". Тишина, тишина на воле. Ни подъёма, ни звонка. А душа словно в неволе всё не выйдет Из замка. Тишина, тишина на воле. Ни подъёма, ни звонка. А душа словно в неволе всё не выйдет Из замка. Я вышел за ворота, думал всё, конец. А зона ушла следом, как привязанный близнец. Она во мне, в походке, в голосе, В глазах. В том, как я сажусь стене спиной, Как держу себя в руках. Мне говорят: "Расслабься, всё прошло, Забудь". А как забыть, когда она мне пропитала Грудь? Семь лет по звонку и семь лет теперь Из меня выходи. По капле, по чуть-чуть, чтоб снова научиться жить. Я слушаю, как тикают часы на кухне в тишине. И каждый тик, как шаг конвойного во мне. Здесь слишком тихо и очень сильно слышно всё то, Что я пытался заглушить. Увы, не вышло. Тишина, тишина на воле. Ни подъёма, ни звонка. А душа словно в неволе всё не выйдет Из замка. Тишина, тишина на воле. Ни подъёма, ни звонка. Душа словно неволе всё не выйдет Из замка.