Следак

Мы пили коньяк в кабинете прокуренный. Ты мне раздвигал, раздвигал за свободу заслон. Шептал: "Подпиши, подпиши и считай, Мы с тобой крыты, тобой крыты". Следующий твой, твой не тюремный перрон. Тебе как родному, родному глаза я доверил. Дурак проглядел, проглядел в них холодный расчет. Ты руку пожал, пожал, и я в сказку поверил, Поверил. А утром конвой мне Представил свой счет. А слово твое, твое Это ветер в кармане, кармане. Пустой звук, растворившийся в мутном стакане, Стакане. Ты звезды растил, растил на Поломанной жизни, жизни, Меняя мой срок, мой срок на ступеньку к отчизне, Отчизне. А я за решеткой, решеткой считал Дни до встречи, встречи и знал, Что твой лоск, твой лоск, он, увы, Не навечен, не навечен. Ведь мир наш так тесен, так тесен, Гражданин начальник, начальник. И долг платежом, платежом Обязательно красен, красен. Тайга, пересчет, Ледяные бараки. Я в памяти тер твою рожу во мраке. И каждый твой жест, твой жест, Каждый довод и лесть, и лесть сжимали мне сердце, Сердце в холодную месть, месть. Года, как конвой, конвой проходили рядами, Рядами. Я стал здесь седым, седым с медяными гланцами, Гланцами. Но я не согнулся, Не сгнил он, не зачах, не зачах. Я нес твою ложь, твою ложь На опухших плечах. А слово твое, твое Это ветер в кармане, в кармане. Пустой звук, растворившийся в мутном стакане, Стакане. Ты звезды растил, растил на Поломанной жизни, жизни, меняя мой срок, Мой срок на ступеньку к отчизне, К отчизне. А я за решеткой, решеткой считал дни до встречи, Встречи и знал, что твой лоск, Твой лоск, он, увы, не навечен, Не навечен. Ведь мир наш так тесен, Так тесен, гражданин начальник, Начальник. И долг платежом, платежом Обязательно красен, красен. Но здравствуй, свобода! Пылит Манистра. Мне с мучи доносят, Что ты, генерал, Забыл, как глаза, глаза я смотрел по-собачьи. Теперь мой черед, черед назначать тебе сдачи. Тебе я свой вексель, вексель ко плате несу, Несу. Я выжил, начальник, начальник в сибирском Лесу, Лесу. И встреча не будет, не будет ни долгой, Ни сладкой, сладкой. Долги отдают, отдают без остатка.