Кровавое искупление

Красная пыль на стёртых сапогах. В прицеле призраки на выжженных лугах. Я променял свой револьвер на плуг и дым печи. Но прошлое койот, что воет мне в ночи. Они пришли, когда закат окрасил склон. И шёпот их звучал, как похоронный звон. Мы помним всё, Марстон, ты зверь у нас в Долгу. Хочешь увидеть сына? Послушай врагу. Ветер поет балладу ржавых рельс О том, как Дикий Запад канул в тень небес. За каждым выстрелом осколок той весны, Где мы делили виски, патроны и грехи. И я скачу сквозь прерии, сквозь дождь и суховей, Чтобы купить покой ценою старых друзей. Искупление пуля, Что летит в меня. Я строю рай На пепелище дня. Здесь бил безумец Хавьер, предавший брат. Я вижу в их глазах свой собственный закат. Мы мчались с ветром, Верили в свой свод. Свободу грабит тех, кто грабит наш народ. А Датч пророк с огнем в пустых речах, Что вел нас к солнцу, но его безумный план Нас затянул в кровавый смертоносный ураган. Теперь я цепной пес, Идущий по следам, Чтоб новый век не предъявил по старым нам счетам. Ветер поет балладу ржавых рельс О том, как Дикий Запад канул в тень небес. За каждым выстрелом осколок той весны, Где мы делили виски, патроны и грехи. И я скачу сквозь прерии, сквозь дождь и суховей, Чтобы купить покой Ценою старых друзей. Искупление пуля, Что летит в меня. Я строю рай На пепелище дня. Мне снится дом и Эбигейл у двери. И Джек, что ищет зверя в отцовских чертах. Я лгу ему в глаза, Скрывая дрожь и стыд. Тот зверь ушел, сынок, навеки, Навсегда. Но тень орла на выжженной скале Мне шепчет: "Ложь, ты просто выжил в той золе". И каждый шаг к семье затянутый аркан. Мой тихий рай построен На крови из ран. Последний выстрел и опущен ствол. Мой долг оплачен, я свой путь прошел. Но на пороге дома, где покой и свет, Стоят они грядущего рассвет. Смотри, мой сын, когда сгорает век, Пусть твой отец был грешный человек, Но он построил дом. Но не хватило стен, Чтоб защитить Семью от перемен.