Золотая клетка

Бедняга. Уууеее! Так ему и надо. Ты в Дубае опять изнываешь от скуки, Бедняжка. Вокруг шейхи, барханы, Сплошная жара. Твой загар полируют покорные слуги. Ох, садизм какой! И лобстеров в номер приносят с утра. Тебе тяжело от таких впечатлений. Ужас! И фотокамера без остановки снимает. В авто беспилотном ты полон сомнений, А солнце безжалостно кожу сжигает. Ух, как жарит! Ох, как же мы за тебя переживаем! Слезы капают, сердце болит. Как ты там, наш родной? Мы здесь в родной суете обитаем. Алкоголь для тебя совсем стал чужой. Держись там, братуха, золотой этой клетке. Мы молимся тихо за душу твою. Пока ты страдаешь на мягкой кушетке, Я здесь, весь цементе, от счастья пою. Хей, хей! На Бурдж-Халифа на лифте. Ну что за тоска-то? Ну сколько можно ехать? Долго ехать наверх, там болит голова. И сквозь весь аквапарк пилить до заката. Ноги гудят, сил идти больше нет, Забываешь слова. Тебе так непросто средь этого рая. Терпи, братан. Память о доме едва ли спасает. А там Марф в неге, ты спишь, угасая, А солнце безжалостно кожу сжигает, Опять сжигает. Ааа! Ох, как же мы за тебя переживаем! Сердце болит. Как ты там, наш родной? Держись! Мы здесь в родной суете обитаем. Ммм. Алкоголь для тебя совсем стал чужой. Держись там, братуха, в золотой этой клетке. Мы молимся тихо за душу твою. Пока ты страдаешь на мягкой кушетке, Я с отверткой на стане от счастья пою. Держись, братан. Все мысли с тобой. Мы ждем. Холодный флян давно запасен в Холодильничке. Бросай этих шейхов с их фальшью. Чужой, Мчи со всех сил в наш рабочий район. Мчись, говорю. Слышь, лобстеров хоть захвати.