4. Скамейка E

На кого дождик капает, на меня сыпет. Никто не поверит, что я могу мыслить. Никто не узнает, что у меня есть чувства. Я рождена быть практичной, а не ради искусства. Но я знаю все, что происходило в этом дворе. Видела, как росли дети умирали пожилые. Я была нужна всем, когда меня установили. От мала до велика все со мной дружили. Меня привезли во двор на эту площадку вместе с Деревянным домиком для детей. Домик, пока был жив, был мне как братка, Но его поджег пьяный подросток Алексей. Еще была горка, песочница и качель. Мы жили сплоченной, единой командой. Качель украл ночью на дачу Сергей. Решил так порадовать сына папа. Горка стала опасной, с нее свалился ребенок. Ее разобрали слесаря жилконторы. Песочницы не стало после третьей зимы: Доски прогнили, а в песок ходили дворовые коты. Но домику при жизни приходилось хуже. В нем гадили бомжи и оставляли лужи. А я стерпела все и до сих пор строю, Хоть и одна на площадке стою. Я терпела вечные тусовки ночные. Причем не сказать, что были лишь молодые. Вокруг меня били бутылки и били лица, Ломали мне доски, как велики спицы. Пережила я многих, том числе и людей. И чего я только тут не видела. Видела, как мелом обводили Виктора, Когда его посадили на пику. А теперь я одна, остался лишь каркас. Не сидят вокруг меня компании. Меня пилит на металл какой-то пидорас и его такой Же кореш Валенок. На кого дождик капает, на меня сыпет. Посыпает искр аварские. Люди живут и умирают. Так проходит жизнь. А у меня вышел срок эксплуатации. И вроде ставили на века, а теперь только в Пункте приема нужна. А ведь ставили на века, а теперь не нужна