Коль гореть, так уж гореть сгорая

Видно, так заведено навеки К тридцати годам переписать. Все сильней прожженные калеки С жизнью мы удерживаем связь. Милая, мне скоро стукнет тридцать, И земля милей мне с каждым днем. Оттого и сердцу стало сниться, Что горю я розовым огнем. Коль гореть, так уж гореть сгорая. И недаром в липовую цвет вынул я Кольцо у попугая. Знак того, Что вместе нам сгореть. То кольцо надела мне цыганка. Сняв с руки, Я дал его тебе. И теперь, когда грустит шарманка, Не могу Ни думать, ни робеть. В голове болотной бродит омут, И на сердце изморозь и мгла. Может быть, кому-нибудь другому ты Его со смехом отдала. Может быть, целуясь до рассвета, Он тебя расспрашивает сам, Как смешного глупого поэта Привела ты к чувственным стихам. Ну и что ж, пройдет и эта рана. Только горько видеть жизни край. В первый раз такого хулигана Обманул проклятый попугай. Коль гореть, так уж гореть сгорая. И недаром в липовую цвет вынул Кольцо у попугая. Знак того, что вместе нам сгореть. То кольцо надела мне цыганка. Сняв с руки, Я дал его тебе. И теперь, когда грустит шарманка, Не могу ни думать, ни робеть.