Какофоны

Хватит стрелять, это просто глухая возня. Взрывы снарядов вообще не заводят меня. В этой тиши я не чувствую кайфа от так. Вы разучились страдать, вы кричите не так. Рёв облету добирает пехоту в Тылу. Я посвящаю сонату серому греху. Столбы орудий ложатся неистовый ритм. Вопль предсмертной симфонии станет моим. Лопнул слух, льётся кровь. Рви динамик, бей их вновь! Треск мембран, дикий стон. Это третий легион. Звук затухает, грудь начинает неметь. Я не желаю в унилом безмолвье тлеть. Ток перегруза сжигает мои провода. Боль это чувство, что я не предам никогда. Когда-то я верил гармонию струнах того, Считал за маэстро средь лучших имперских сынов. Но истинный гений всего лишь в пик перегруза, В разорванных глотках и в нашем безумном союзе. Лопнул слух, льётся кровь. Рви динамик, бей их вновь! Треск мембран, дикий стон. Это третий легион. Громы гремят, кости впитав искажающий бас. Мой внутренний голос под тяжестью шума угас. Я больше не воин, я порванная арфы струна. Во мне резонирует эта больная война. Обрыв струны, пропал визжащий обертон, И тишина ползёт ко мне со всех сторон. Я не боюсь сгореть в огне или аду, Но в этой мёртвой тишине с ума сойду. Трубай на полную, верните этот гул! Я слишком глубоко в безмолвье загнул. Взрывайте датчики, сжигайте провода. Пусть этот рёв останется со мной всегда. Лопнул слух, льётся кровь. Рви динамик, бей их вновь! Треск мембран, дикий стон. Это третий легион. Финал сонаты, завершён кровавый пир, Но снова затихает этот скучный мир. И сколько б ни кричала в агонии толпа, Немало шума, Музыка слепа.