Труха ламповая E

В этой воде забиваются жабры трухой. С таким гоем, как я, ты бы стала другой. Отсталой и злой. Слышь, братва, держи строй, Пока хози делят почвы с пресной водой. Пока тянутся в небо ладошки в гнойных мозолях, Тележки увозят потроха уволенных, Склонных стать мохом на тихих болотах. В микро я шепчу анекдоты из недр трущоб. Эй, чувак, где счёт-то? В спины нам плевал чёрт, пока он колком лил В бочонок горячий харчо. Я бухой танцевал голышом среди пчёл. Ничё. И в прошлой жизни был москвичом. Убит гаечным ключом в такси до Набережных Челн. Кто как извивался под лупой ярким лучом, Он верит отчётам и всегда ни при чём. Прикинь. Молодой, обколотый треном бычок летел Сквозь слововое злое музло, спасало здоровье едкие Смолы редкого слова в основе его. Увело весло в село. Повезло. Со второй уже увезло под мисверло. Влил сироп в зоб, запри свой лов на засов. В паре кислот семя дало росток, Приняв зов. Семя дало росток, приняв зов. Сам себе доктор. Угадать предлагает, что незачем резать, Раз есть иголки. Неохота делать мой ход, раз сухой обсыпает трухой с Дерева самых верхов в дебри ветвей не хвойных. Это не хлорь. Чёрная копоть села на хвост. С мразью и серою плесенью лопасти брось в белом Потоке, будто бы гость из дальних земель и звёзд. Барат, я из космоса. Прилетай. Покушать привёз, братан. А тут та же сансара, карма та же, Маюта на понтах. Дела, суета на кварталах. Забилась в жабры труха и стружка металла, Пока То ли шёл кругами по ямам и граблям. Ошин надкушен, как каравай. Тамбур в небыль уходит, как в небо табор. Гудбай.