Пусть помнят

Пусть помнят те, которых мы не знаем. Нам страх и подлость были не к лицу. Мы пили жизнь до дна и умирали за эту Жизнь, не кланяясь свинцу. Пусть помнят те, которых мы не знаем. Нам страх и подлость были не к лицу. Мы пили жизнь до дна и умирали за эту Жизнь, не кланяясь свинцу. За эту жизнь, не кланяясь свинцу. Когда к ногам подходит стужа пыткой, В глазах блеснет морозное стекло, Как будто вместе с посланной открыткой ты отослал Последнее тепло. А между тем все жизненно и просто, И в память входит славой на века тяжелых танков Каменная поступь и острый блеск холодного штыка. Нам не дано спокойно сгнить могиле, Лежать навытяжку и приоткрыв гробы. Мы слышим гром пред утренней пальбы, Призыв охрипшей полковой трубы, Ой трубы, ой трубы. Пусть помнят те, которых мы не знаем. Нам страх и подлость были не к лицу. Мы пили жизнь до дна и умирали за эту Жизнь, не кланяясь свинцу. Пусть помнят те, которых мы не знаем. Нам страх и подлость были не к лицу. Мы пили жизнь до дна и умирали за эту Жизнь, не кланяясь свинцу.