Иерусалим

Как рыцарь, что к стенам святым стремился Сквозь знойные пески и мрак ночей, Так я к тебе душой своей пробился Сквозь холод слов и блеск чужих очей. Осада длилась дни, недели, годы. Штурмуя неприступной гордости врата, Я шел сквозь все сомнения, невзгоды, Как шли они Туда, где ждет мечта. И пал Сион под натиском священным. И слезы счастья горше, чем вино. Так сердце, прежде гордое, Надменным не быть уже Оно покорено. Иерусалим! Твердили губы жарко. И меч сверкал, и реял стяг в пыли. Любовь моя! Шепчу я сердцу пылко. Тебя искал я на краю земли. Но что завоеватель без пощады? Он властелин. Руины, пепла прах. Нет, я молю не крепости, не града. Лишь тихий свет в твоих живых Глазах. Пусть крестоносцы брали город с бою. Я не хочу победы над Тобой. Хочу, чтоб ты сама пришла с собою Моей звездой, судьбой тишиной. Иерусалим! Твердили губы жарко. И меч сверкал, и реял стяг пыли. Любовь моя! Шепчу я сердцу пылко. Тебя искал я на краю земли. Иерусалим! Твердили губы жарко. И меч сверкал, и реял стяг в пыли. Любовь моя! Шепчу я сердцу пылко. Тебя искал я на краю Земли.