Крик XXVI E

Он откусит тебе ухо, он перегрызет тебе горло. Он не проиграет. Я знаю людей, которых формирует боль, И тех, кого любовь. И если боль сильнее любви, тогда берегись. Мои демоны пропали, я забыл их лица. Гигабайты бесполезных файлов удалил, fuck fix. Все свои таланты собрал и закинул в миксер. Я всегда мечтал летать, а надо было приземлиться. Бабки и наркотики, как ямы, и в них капканы. И домом моим не стали Худам или пляж в Канах. На руке не танк, лишь хаотинус. Какой в этом статус? Мог забрать их силой рэпера, скидал закладки школе. Ебать, драгдилер! Я мог бы выстирать весь рэп тем порошком, что Мы продали в кило. Мы без рехабов уходили в хит, а эти клоуны Весь жанр превратили в цирк. В жизни нужна цель, как видишь, я свою давно Достиг и не подам руки, если ты хуесос, Как Билл Си. Залетный фраер не давал в общак. Я всегда играл по своим правилам, как Собчак. Old money, young money, fuck it, заберу любые. Я родился, вынул хуй плюнул на пизду судьбы. Нервы расшатало, как подвеску на убитом Бензе. Рядом не личные, щенок, а я ворвусь гримерку с Фейсами, как типа к Сенцу. Ваш рэп на улице хуй кто купит. Шлюхи и пидорасы за одним столом. Да, это культ залупы. Я легенда, но это не я сказал. А твой хайп испаряется на глазах. Все хотели рэпа, и я дал им, вот он. Брюс Уэйн спасает Готэм. Ты никого не съел, ты просто стал их копией. Какой, Дмитрий Плешка, ты не стоишь того. Ты просто настой мы зашквар, как Чип и с Олежовой. Не расслабляйся, даже когда долго в теме. Я пошел на бокс, ты хуесос торчался, как Ленин. Я закрыл вопросы, остался стоять на коленях. И как безмозглый подросток ты потерялся в сомнениях. Я опять стрельнул чисто рэпом, без экспериментов, И он не для интеллигентов, для пацанов, в глазах Которых ты хуесос, а я легенда. Европа в моей крови, а у тебя нет родины. Безродный космополит. Завтра новый день и он мой. И я вернусь когда-нибудь домой. Девять один один. Я брат Аргус, спрятал под тефтели под Барбур. С террасы прекрасный вид на Гарду. Так в чем сила, брат? В правде. Все еще персона нон грата. Помню дветыщи девятый. Я стреляю по ногам в толпу, сидя в черном Пятисотом моего эстонского брата. Звучит как рэперская сказка. Так вот, в этом и суть. Моя юность преступление, аресты под суд. Я все время дергал смерть за косу. Дима Бандер в сумке килограмм и Узи. Ебнул араба, хуй с ним. Совесть меня не грузит. Но Игорь был в ахуе. Мы игру не переворачивали, мы ее трахали. Хоббит, Граж, Ош, Область, словесный понос с Акцентом, но по цифрам мы ебали и Ден Джоинт, И Центр. Хуйня ваш районный рэп и весь порядочный Цирк. Хуйня ваши понятия, если тебя сдали свои. Каждый базарит за тюрьму, но оказаться там ссыт. И какой нахуй АУЕ? Всем управляют менты. Дети и семья. Не фартануло, и я был бы Рад, но точно не с шалавами из Инсты или Тиндера. Мне сорок пять. Опыт не пускает лапшу на уши. Нахуй нам тят? Они дают за ужин. Они как тепличные, все растут под лампами. Весь этот феминизм мне щекотал залупу гландами. Я подросток девяностых, восхищался бандами. Вас шайка модных пидорасов воспитала толерантными. Я мог бы кем угодно стать. Я хорошо учился в школе, но у судьбы свои Приколы. В моих краях не было пути Бусидо, В моих краях не было вообще нихуя. И я результат чужих ошибок. Где наш мир, а где изнанка? Где я вышел? Непонятно. Я как весь этот куплет шизофрения, биполярка. За горизонтом сорок пять лет исчезают вдалеке. Я живу в прошлом, ведь я счастлив только там, Где меня нет. Ловлю психоз и все вокруг, держитесь От меня подальше. Если фаза на пике, Я поменяюсь вряд ли. Но актуально все в порядке.