Озноб

Выхожу, и жара липнет к коже, как воск. За дверью бас давит в ребро. Во рту вместо слов только пепел и скол, И холод садится глубоко. Толпа на плечах, мокрый шелк, перегар, духи, Пот и дым по углам. Я ровная, будто заточенный янтарь, но дрожь Барабанит по зубам. Ты где-то внутри, как заноза стекле не вынуть, Не выдохнуть вслух. Я двигаюсь мимо горячих тел, сухая, Как соль на губах. На стакане вода, на запястьях озноб. Мне тесно в чужом тепле. Ноги хотят убежать за порог, но бас закрывает мне Дверь. Я не скажу, что скучаю, ни-ни, Пусть горло сожмёт тишина. Сейчас эта дрожь, эти острые дни станут железом во Мне. Трясет, трясет, но я ледяная. Трясет, трясет, но я ледяная. Я не твоя, не живая, не злая, просто броня На мне ледяная. Трясет, трясет, но я ледяная. Трясет, трясет, но я ледяная. Боль под каблукой, толпа подпирает я танцую, Пока не растаю. Come Трясет, трясет Ледяная. Трясет Ледяная. Трясет Ледяная. Трясет. Вспышка, вдох, шаг сквозь гул, сквозь чад. Стук, стук, зубы в такт. Все липнут ближе, мне всё равно. Я стала холодней, чем мраморный зал. Не надо касаться, не надо жалеть мой взгляд, Как осколок, прямой. Я прячу твой след под тяжёлую медь, под чёрный Напиток с водой. Была немота стала мой командир. Была пустота стала власть. Я выучила этот ломкий пунктир: молчать и красиво Пропасть. Если честно, мне больно. Если честно, ты здесь под кожей, Под льдом, под солью, как тёмная старая Смесь. Но я не открою ладони, Не брошу себя на пол. Пусть имя твоё утонет в тяжёлом Дыхании колонн. Трясет, трясет, но я ледяная. Трясет, трясет, но я ледяная. Я не твоя, не живая, не злая, просто броня На мне ледяная. Трясет, трясет, но я ледяная. Трясет, трясет, но я ледяная. Пепел на губах, за спиною стая. Я ухожу, и меня не ломает. Трясет, трясет Ледяная. Трясет Ледяная.