Жажда Пустоты

Я покупаю стол, но горло в узел. Лёд в хрустале молчит, как белый зверь. Дым на губах и бархат давит грудь. Я прячу имя за стеклянной дверцей. Маникюр толкает полный бокал. Дорогой янтарь не лезет в тело. Каждый чужой наклон, как мокрый вокзал. Каждое слово липнет серым мелом. Пепе-пепе-пепел кружит над грудью, будто снег. В горьком дыму лицо моё без веса. Деньги шуршат, как высохший камыш. Только внутри пустая чаша Треснет. Я держу стекло у рта, чтоб не сорваться звуком, Чтоб твоё короткое "да" не вышло из меня по Кругу. Пульс под ребром стук, стук, Холод по крови сухой. Я не беру чужих рук. Я не беру чужих рук. Голод, голод, голод. Мне не нужен сладкий холод. Голод, голод. Я сама себе раскол. Не зови меня к столу. Я не пью чужую нежность. Голод, голод, голод. Мой голод носит твою тишину. Мой голод носит твою тишину. Он шепчет в ухо, пахнет мятой и ромом. Я улыбаюсь, будто нож под водой. Малыш, куда? Мне смешно, незнаком. Их бархат фальшив, их сахар чужой. Сдвиг, взгляд, плеск, скол. Стекло на ладони, дождь за порогом я выбрасываю, Но на мокрый пол. Пусть кормят пустоту золотым Пирогом. мой голос им нужен, не мой жар. Им нужна витрина, кожа, поза, а я из пепла Делаю панцирь. Иду сквозь дым, как чёрная роза. Тише. Слышишь? Это не слабость, это кость под кожей. Я больше не прошу тепла у прохожих. Если ты был мой компас, я вырву север из Груди. Пусть дрожит пустой бокал, Мне этим голодом идти. Голод, голод, голод. Мне не нужен сладкий холод. Голод, голод, голод. Я сама себе раскол. Не зови меня к столу. Я не пью чужую нежность. Голод, голод, голод. Мой голод носит твою тишину. Мой голод носит твою Тишину. Пепел в стекле, дым на плече, Имя в зубах. Но я не отдам. Холод во мне, трон в пустоте. Сыта собой, но как одна там?