Из-за острова на стрежень

Стрежень на простор речной волны Выбегают расписные острогрудые Челны. На переднем Стенька Разин, обнявшись с Своей княжной, свадьбу новую Справляет, и веселый и хмельной. А княжна, склонивши очи, ни жива и Ни мертва, Робко слушает хмельные Неразумные слова. Ничего не пожалею, Буйну голову отдам! Раздается по окрестным берегам и Островам. Ишь ты, братцы, атаман-то нас на бабу Променял. Ночку с нею повозился сам наутро Бабой стал. Ошалел! Насмешки, шепот слышит Пьяный атаман. Персиянки полоненной крепче обнял Полный стан. Гневно кровью налилися Атамановы глаза, Брови черные нависли, Собирается гроза. Эх, кормилица родная, Волга-матушка река! Не видала ты подарков от донского Казака. Чтобы не было зазорно перед Вольными людьми, Перед вольною рекою, на, кормилица, Возьми! Мощным взмахом поднимает Полоненную княжну И, не глядя, прочь кидает в Набежавшую волну. Что затихли, удалые? Эй, ты, Филька, черт, пляши! Грянь, ребята, хоровую За помин ею души. Из-за острова на стрежень на простор Речной волны выбегают Расписные Острогрудые Челны. Лара-лай, ла-лай, ла-ла, эй! Лара-лай, ла-ла, Эх, эй! Ла-а-а.