Мир полон дерьма E

Раунд один. Люди зомби, люди злобные. Здесь страшно жить стало. Это лучше б сон был. Нашим миром правят только. Был прав Толкин. К чёрту Рим, все дороги ведут в ад только. Веру заковали в цепи, она бессильна. Люди не имеют вес. Анорексия. Круговорот в мире. Действуй быстро. Убийство тут рождает деньги, деньги убийство. Куда пропала моя совесть? Вроде была. В нас святое убивают. Понтий Пилат. Руки опустились, и я канатами связан, Выпив Red Bull, посылаю вам крылатые фразы. Я для общества потерян. Мне себя найти надо. Плохо шли дела. Я старался не идти рядом. В зеркале другой себя теперь не узнаю. Компас сломался. Я скатился по спине на юг. Среди заблёванных стен мрачного дома мрачного города N в краю забракованных нем, когда пища напоминает Тлен, хочется ждать перемен там, если больно, Не позвоните беременным. Буду смотреть и смеяться над агонией в виде Эксперимента. Люди понадевали нарядов устроить Праздник. Миллионы килотонн американских снарядов, Как будто Дрезден. Вокруг иллюминаты НАТО. Надо в этом мире стать доминантой и быстро лететь В шаттле. Крика взрыв. Земной иллюминатор. Смерть это пиздато. Тогда умри шлёпа. Будем выживать в этом мире в пику, чтоб ты Узнал, кто мы. Пластик крови, визги, Крики, под раскаты грома. Лысый парень со шрамом на темени. Это говорит об одном Омен. Ты по рукам и ногам скован закона словом. Лучше бы ты жил обывалом, гад, и не выходил Из дома. Мир полон дерьма, человечество как саркома На теле земли. Но я останусь тут по-любому. Спасибо. За Богом посланный на чек. Потом элитные шлюхи мною посланы на член. Под ногами соль. Идём по улице на тот свет После ночных смен. Колющая боль в виске. Нал велосипед, как макинтош, как антишлек. У фэнов восхищение. Бледнолицых антисмех. Вопли из-за тонких стен. Ненастоящие, мультяшные, как волк Дисней. Где-то убийцы, геи да атеисты, Местные колумбийцы, наглые аферисты, Мёртвые коммунисты, частные фотоснимки, Частые посиделки в музее авантюриста, Утопленники котлованы. Ладожский вокзал, мученицы контрабанды. Ловля на живца. Из-под капюшона взгляд тяжёлый шаг и вздохи в спину. Так ведь на этой планете самое место психам. Пять из десяти упороты. И кто виноват, что в этом городе недорога? У нас ни Пороха, а потроха разбросаны по полу. Это в спор отойдёт ли хип-хап. What the fuck, what the fuck? Фриков сорвало чердак. У тебя глаза горят, у меня там полный мрак Подлых драк. Мы сторонники левый берег Уневы. Это для нас скорее чужой потусторонний мир. Он полон дерьма. Система тюрьма. Но вместе с тем руки не опустить, будто титан. И нас не будет там, где кутерьма и пути Не к тупикам, бутиком. Я независим, как Ватикан, И мы будем спящих умом. Но тут люди, ставшие дном, еще ниже тащат его. Всюду витает только злоба. Гемини понять со слов от обитателей низов. Дыра на фоне Инь, Луна на фоне Ян, Ночью измены Ин, с утра аборт и Ян. Кто-то не смог дойти, уйдя с работы пьяным. Завтра его жена придёт и с суда побои сняв И вместе с этим миром с ума сошёл и Я. Всё ждал, пока жизнь трупом на роет ям. Я вижу, как Франциск ударом молния даже сорван с Цепи не скажет ураноболия. Уранофобия. Каждый, дрожа, небо увидит. Над нами Бог, который большинство ненавидит, Как душа инвалида. Моя кипит гневом. И сто пятьдесят назад я ждал метеорит с неба. Тогда я один. Где вы все? Для выгоды денег. Шёпот сатаны слева. Смело суицид сделать. Но Бог планировал всё там раньше. И ты скажешь я напророчил отчитал фальшив. Все мы в рабстве. Серые массы. Обратно нет дороги. Все сожжены мосты. Пишу довольный ночью, пока ровный почерк. Я буду трахать этот мир, пока он не кончит. Я настолько остроумный, что порезал себе череп. На шесть десятков свернуться, словно червь. Водка не утоляла жажду, а накуривала многих. Жизнь пыталась научить, но я прогуливал уроки. По сравнению с нашей жизнью дерьмо повидло. Когда наступит конец света? Но его не видно. А высказать боимся. Будто водой наполнен рот. Мы теряем место в жизни. Закон метро. Если буду на вершине, То мне не советую слезть. К двадцати жизнь пролетает незаметно. Стелс. Нести благую весть это груз никчёмный. Чёрный русский? Нет, я русский в чёрном. Няня-няня