Цветы над черепами

Сколько видел мой карандаш тех, кто ушел однажды, Тех, кто уже не важен. Как жить, кто толком и не расскажет. Мы столько уже теряли на поле многоэтажек, Что все равно, если это сгорит. И даже если кто заново осмелится породить то, Земля не выдержит и будет вновь сдвинута. Только смерть это не точка, это смена парадигмы. И нами каждое ненавидимо. Катится колесо и попробуй остановить это Разветвление. Развитие это театр одного актера для Единственного зрителя. Мы привыкаем к одиночеству зрителя. Сложно любить и зависимость заразительна. Бумага стерпит так, что можно подтереться. Один шаг остался от инфекции к инъекции внутривенно. Врачи не знают, и все врут, наверное. И давно уже не Каю, не Герге. Нет смысла спасаться. Разрыв это точка в поставленном диагнозе или Составленном завещании. Я зайду на прощание за вещами, но только обещай Мне украсить свою голову венками, когда вырастут Цветы над черепами. Мы не учимся на старом. Наш дар это живя интуитивно никогда не спрашивать, Как девчонка, опоздавшая на пары и попавшая за парту На царапает скиф карандашиком. Нам судьба еще подарит гербарий. Мы, накопив опыт, ни черта не нажили, Как девчонка, засыпающая в баре. Но и тут однажды вырастут цветы над черепами нашими, Цветы над черепами нашими. Вырастут цветы над черепами нашими. Дорога юности усеяна костями, но и там когда-то Вырастут цветы над черепами нашими, Цветы над черепами. Там вырастут цветы над черепами нашими. То, что мы всю жизнь под ребрами вынашивали, После смерти вырастет в цветы над черепами нашими. Я четко вижу силуэт, что преследует вечно. Чем бы я ни был, он за мной безупречно. След в след. Укутывает в кокон и латает трещины. И растит во мне аконит, убивающий всех. Не нужен тот новый день и приступ своей любви Лишь способ убить себя. И мы странствуем в темноте, ведь лишь непроглядной Тьме эти люди могут сиять. Я видел много других, раскрывшихся как бутон. Прекрасный дикий цветок, что причиняет лишь боль. Но я вдыхаю тот яд, зная, что будет потом. И перед смертью прошу украсть мой лоб и венком. Мы не учимся на старом. Наш дар это живя интуитивно никогда не спрашивать, Как девчонка, опоздавшая на пары и попавшая за парту На царапает скиф карандашиком. Нам судьба еще подарит гербарий. Мы, накопив опыт, ни черта не нажили, Как девчонка, засыпающая в баре. Но и тут однажды вырастут цветы над черепами нашими, Цветы над черепами нашими. Вырастут цветы над черепами нашими. Дорога юности усеяна костями, но и там когда-то Вырастут цветы над черепами нашими, Цветы над черепами. Там вырастут цветы над черепами нашими. И то, что мы всю жизнь под ребрами вынашивали, После смерти вырастет цветы над черепами нашими. Мы не учимся на старом. Наш дар это живя интуитивно никогда не спрашивать, Как девчонка, опоздавшая на пары и попавшая за парту На царапает скиф карандашиком. Нам судьба еще подарит гербарий. Мы, накопив опыт, ни черта не нажили, Как девчонка, засыпающая в баре. Но и тут однажды вырастут цветы над черепами нашими, Цветы над черепами нашими. Вырастут цветы над черепами нашими. Дорога юности усеяна костями, но и там когда-то Вырастут цветы над черепами нашими, цветы над Черепами. Там вырастут цветы над черепами нашими. И то, что мы всю жизнь под ребрами вынашивали, После смерти вырастет в цветы над черепами нашими.