Человек в телогрейке

Как далёко, далёко, Где-то там в Подмосковье Фотографию сына Уронила рука. По белому снегу Уходил от погони Человек в телогрейке Или просто зек. Мать прислала письмо: Захворал сынок. Знать, готовить белье, Уж подходит мне срок. Только прежде чем в путь, Мне хотя бы разок Перед смертью взглянуть На тебя бы, сынок. Потеряла покой. Все одно, как ты там. Неужели с тобой Уж не свидеться нам? Я б примчалась к тебе, Да подняться не в мочь. И на дерзкий побег, и на дерзкий побег он Пошел в ту же ночь. В небо взмыла ракета И упала за реку. Ночь опять проглотила Очертанья тайги. А из леса навстречу Беглецу человеку Вышел волк-одиночка И оскалил клыки. Человек вынул нож. Серый, ты не шути. Хочешь крови? Ну что ж, Я такой же, как ты. Только стоит ли бой Затевать смертный нам? Слышишь лай? То за мной Псы идут по пятам. Я ведь тоже, как зверь, В угол загнан людьми. А раз так, что теперь Нам делить, черт возьми? Видишь, сам Бог не дал Ни тебе и ни мне. Волк еще постоял, волк еще постоял и растаял во Тьме. Рвали повод собаки, В кровь сдирая ладони. След петлял и терялся, Злобна была пурга. По белому снегу Уходил от погони Человек в телогрейке Или просто зек. И ефрейтор один Тоже мать вспоминал И средь черных осин Все бойчее шагал. Десять суток цена. Кто назначил ее? Вот мелькнула спина И поднялось сырье. Сухо щелкнул затвор, Оглянулся зек. "Сука", выдохнул он И взглянул в облака. А вверху пустота. Лишь вдали по кривой Покатилась звезда, покатилась звезда, Словно в отпуск домой. Снег расплавили гильзы, Истекал и кровью Человек в телогрейке, Безымянный зек. Далеко, далёко, Где-то там в Подмосковье Фотографию сына Уронила рука. Далеко, далёко, Где-то там в Подмосковье Фотографию сына Уронила рука.