Ты где? (Глава 1. Начало)

Алексей Чумаков. В поисках призраков. Глава первая. Начало. Ты где? Автостоянка для машин, подлежащих утилизации, Была засыпана снегом. Горы железа и до неузнаваемости искореженных авто Грузно возвышались над узкими проходами. Все это напоминало муравьиные тропы. Снег заметал редкие следы охранников, Изредка проверявших территорию, и словно шапкой Покрывал крыши заброшенных автомобилей, Врываясь в выбитые окна, оседая на рваных креслах и Изуродованных панелях управления. Отсутствующие стекла напоминали огромные пустые Глазницы, а изувеченные капоты и решетки радиаторов Вечный оскал зловещих черепов. Это место вызывало оторопь в любое время суток и В любую погоду. А сейчас, зимней ночью, В свете желтого фонаря и вовсе напоминало морг. Только вместо тел здесь вповалку лежали машины. Хотя сколько человеческих трупов извлекли из них до Того, как они оказались здесь, и не сосчитать. Фонарь, казалось, и сам съежился от холода, Освещая небольшой участок стоянки, А мгла, пожиравшая все вокруг, напоминала хищника, Пытающегося поглотить последний светлый клочок Земли. Машины послушно тонули во тьме, Исчезали в бесконечности, а снегопад лишь добавлял Глубины в общую картину. Еле слышный скрип фонаря на ветру и редкий лай Местных собак единственное, что хоть как-то Оживляло это кладбище автомобилей. Сюда привозили разные машины. Неизменным было лишь то, что все они были мертвы. Одни исчерпали себя, прослужив на благо человека Десятки лет, другие, не успев выехать из салона, Вылетели на встречку, окрыленные мощью мотора и Смелостью водителя. Сценариев сотни, но результат один. Последнее пристанище здесь в немом ожидании гниения Под палящим солнцем, проливным дождем и снегопадом. Камеры наблюдения, закрепленные по периметру на Заборах, работали круглосуточно и фиксировали каждое Движение. Ведь несмотря на кажущуюся бесполезность Местных экспонатов, всегда находились желающие Забраться на эту территорию. Кому-то были нужны детали для машины, кто-то искал Не сильно убитую резину. Сюда часто наведывались бомжи, наивно надеясь найти В бардачках хоть что-нибудь ценное. Не обходилось и без подростков, жаждущих острых Ощущений. Так что как только камера фиксировала Движение, автоматически включалась запись, А красный индикатор в углу небольшого монитора, Находящегося в домике охраны, предупреждал о Вторжении. Это освобождало охранников, работавших посменно, От необходимости сидеть сутки напролет перед Экраном, высматривая непрошеных гостей. "Глянь, замигал", сказал крепкий мускулистый парень В камуфляже, один из шестерых охранников, Работавших попарно в режиме сутки через двое. "Ага, Опять какой-нибудь придурок залез", согласился его Напарник по прозвищу Лопух. Они мало чем отличались друг от друга. Особая порода людей, трудившихся здесь не только Ради заработка, но и ради отдыха, Который они между собой называли адским трудом. В основном штат состоял из бывших военных, Которые могли себе позволить больше не служить Отчизне. Крепкий неспешно подошел к монитору компьютера и, Отхлебнув растворимый кофе из огромной серой кружки, Уставился на черно-белое изображение. В их маленьком домишке на полную работали три Обогревателя. Этого было вполне достаточно даже в Тридцатиградусный мороз. Из кассетника негромко играл Чайф. Никто из них не торопился покидать островок Относительного уюта из-за какого-то сигнала Вторжения на территорию. На улице свирепствовал холод и метель, Словно истеричная старуха продолжала вальсировать Посреди груд металлолома. "Ну че там?" поинтересовался из дальнего угла Лопух. "Да вроде ниче. Может, собака". "Ну, скорее всего. Не видишь?" "Неа". "Пойдешь на обход?" Лопух лениво рассмеялся. "Ага, щас, только полы помою", Иронично ответил Крепкий. "Мож в нардишки?" "Уже в кишках сидят твои нарды". "Ну давай, ёк-макарёк. Чем еще тут заниматься?" Нарды и партейки в дурака были их основным занятием. Они играли в эти игры изо дня в день, Изредка перебрасываясь фразами без особого смысла. Работать было несложно, но очень скучно. "Ну раскладывай. Че сидишь?" "Да че их раскладывать-то, минутное дело". "Ну так и раскладывай". "Нарды на столе, лень вставать, захвати с собой". "Вот ты, Ёк-макарёк, возмутился Крепкий. Подними свою задницу и разложи их сам хоть раз". "Ооох, поднимаясь с насиженного места, Застонал Лопух. Ты, конечно, Тц сложный чел". В этот момент красный индикатор вновь замигал, И камера начала наводить резкость. Близко пролетавшие снежинки мешали объективу Настроить фокус, и потому прошло некоторое время, Пока исчезла мутная пелена с экрана. Свет от фонаря и так был слабый, А через линзу камеры и вовсе казался тусклым. Но его оказалось достаточно, чтобы разглядеть Фигуру, которая стояла прямо посреди освещенного Участка земли. Крепкий снова подошел к монитору. "О, екарный макарёк, по ходу телка какая-то". "Да ну?" удивился второй. "Ага, глянь". Девушка стояла неподвижно, Словно потерянная среди куч металлолома. "Что она тут забыла?" "Да хрен ее знает". Девушка шевельнулась и приблизилась к камере. "Чувак, очуметь, глянь, по ходу она голая". Обнаженная молодая женщина не обращала никакого Внимания на лютый холод. Мужчины быстро надели теплые куртки с шерстяными Воротниками, натянули вязаные шапки на бритые головы И выбежали во двор. От их домика до фонаря было метров двести. Смотреть не прищуриваясь мешали снег и ветер, Но они знали территорию как свои пять пальцев. Им не составило труда дойти до нужного места в Лабиринте из металлических трупов. Это был самый центр кладбища, откуда в разные Стороны уходили тонкие тропинки. Женщины Здесь не было. "И что? Куда она делась?" Крепкий растерянно огляделся, Вглядываясь в кромешную тьму. "По ходу куда-то делась". Лопух достал пачку Marlboro, выбил две сигареты так, Что они чуть не вылетели на снег и предложил Напарнику закурить. "Эй! Закричал Крепкий, кто здесь что потерял?" Лопух вздрогнул. "Ты что орешь?" "Так, а как иначе-то? Заблудится еще". Тот шмыгнул носом. "Как быть? Как быть? Как быть? Твой любимый обход придется Делать". "Опа!" "Вот тебе и опа, екарный макарёк". Вряд ли кому-то было бы приятно бродить здесь в Поисках непонятно кого, да еще и в зимнюю ночь. "Я только не понял фишку с голым телом". "Я тоже не понял". "Может она не голая была?" "Так мы же видели". "Видели". Они еще раз пристально вгляделись в тропинки, Уходящие в темноту. "Чувак, сходи до каморки, принеси фонари. Надо по любому все обойти, а то не дай Бог, случись ней чего. Крайними будем мы". Впопыхах докурив, Лопух послушно направился в домик. "Что когда вышли, не взяли?" "Ну, забыли. Что теперь делать?" "Что теперь делать, что теперь делать," пробормотал Тот. Ветер стих, Снег стал мельче. Переступая с ноги на ногу, молодой человек в Камуфляжной куртке вслушивался в тишину, Которую нарушал лишь скрип фонаря на ветру. Он работал на кладбище больше года и, Несмотря на свою толстокожесть, Относился к этому месту с должным почтением. На его памяти здесь побывало много незваных гостей, Но появление обнаженной женщины напугало даже этого Тертого калача. Неожиданно зашипела рация. Крепкий вздрогнул. "Слышишь, раздалось из динамика, А где второй фонарик?" Он поднес рацию к лицу, Приглушил звук и нажал на кнопку. "Ты ослеп, что ли? На столе у монитора. Нашел?" "Неа". "Глянь за диваном". Вновь воцарилась тишина. Он сделал несколько шагов по хрустящему снегу, Остановился как вкопанный и снова поднес рацию ко Рту. "Слышь меня, Я кое-что не понял. Тут, тут только наши с Тобой следы". "И что?" ответил напарник. "И то. Нет никаких следов босых ног". "Я не обратил внимания". "Сначала и я не обратил, но сейчас смотрю и Не понимаю". "Может, мы их затоптали?" "Может, но откуда-то она должна была выйти. А здесь снег нетронутый". "Хрен ее знает". Через минуту снова раздались свисты, шипение из Динамика. "Чувак, я нашел этот долбанный фонарь". "Да ты просто Шерлок, мать его, Холмс, Отшутился Крепкий. Давай быстрее, а то я уже замерз тут". На самом деле стоять одному ночью в окружении Мертвых железных коней было жутковато. "Ну что? Прием". Рация снова затрещала. Он прикрутил громкость и нажал на кнопку. "Ты идешь?" В ответ раздалось лишь шипение. "Вот же, японский бог". Назойливый лай собак был здесь привычным фоном, Но сейчас, когда все собаки в округе вдруг умолкли, Тишина стала почти осязаемой. В этом беззвучии было что-то зловещее. Крепкий все так же вглядывался в темноту в надежде Увидеть напарника. "Чувак, ты замерз там, что ли?" Последняя, но тщетная попытка выйти на связь. Он сделал шаг и с хрустом по щиколотку провалился В небольшой сугроб. Одновременно с хрустом он услышал короткий негромкий Стон. Парень застыл на месте как вкопанный, и холодок Пробежал по его позвоночнику. Через секунду звук повторился. Где-то сзади, очень близко снова застонала женщина. Крепкий вздрогнул и выпрямился. Озноб спустился к ногам, вмиг сделав их ватными. Сопротивляясь слабости и страху, Охранник оглянулся. В нескольких метрах от него в свете фонаря стояла Голая женщина. Судя по лицу, ей было около тридцати, но бледное Тело, отвисшая грудь и дряблый живот делали ее Старше. Светлые волосы небрежно лежали на перекошенных Плечах, Левая рука висела плетью, а правая, вывернутая в Кисти, была прижата к груди. Лицо было искажено как будто предсмертной гримасой. Затуманенные глаза смотрели сквозь слипшиеся Ресницы. Холод ее ничуть не беспокоил. Несмотря на мороз, из открытого рта не выходил пар, А живот и грудная клетка были неподвижны. Она попросту не дышала. Крепкий застыл, тщетно пытаясь отыскать хоть что-то Человеческое в этом уродстве. Бледное опухшее тело женщины казалось Полупрозрачным, словно состояло не из плоти и крови, А из густого мутного киселя, залитого в Полупрозрачное подобие кожи из слежавшегося Силикона. Это странное существо явно было гостьей из иного Мира, привидение, возможно, образ когда-то умершего Человека. И оно не было бы таким пугающим, если бы Было просто дымкой или сгустком энергии. Мужчина в ужасе отшатнулся. Ему, Бывшему военному, не раз доводилось видеть трупы, Но такое зрелище предстало перед ним впервые. Не в силах даже закричать, он попятился назад. Женщина не шелохнулась. Тогда Крепкий развернулся и что есть мочи ринулся к Домику. Никогда еще это крошечное убежище на краю Кладбища не казалось ему таким далеким. Тяжело дыша, охранник вбежал в дом и запер за Собой дверь. Глядя в одну точку, Он вдруг подумал, что, стоя один на один с Тем странным существом, даже не вспомнил про Пистолет в кобуре. Тут же пробежав пальцами по ледяному стволу Макарова, он с облегчением вздохнул. С этой маленькой машиной для больших бед было Намного спокойнее. Его переполнял ужас, который мог вырваться наружу в Любой момент и сделать из него животное, Палящее из пистолета по любому движущемуся предмету. При малейшем шорохе он был готов изрешетить входную Дверь, но тишина поглотила все звуки. Смолкли даже часы с выцветшим циферблатом. Прошло время, прежде чем снова защелкала секундная Стрелка, а в углу заурчал холодильник "Морозко". Стало слышно, как потрескивают масляные Обогреватели, как гудит ветер, То и дело таранящий обшивку старого сруба. Все постепенно обретало привычные черты. Немного придя в себя и справившись дрожью, Крепкий огляделся. В комнате царил уютный теплый полумрак. Монитор с изображением фонарного столба и нескольких Машин на заднем плане мерцал тусклым серебром. Красный маячок датчика движения был неактивен. Все было спокойно, и это Настораживало, потому что Лопуха здесь не было. Хотя на столе лежали два больших фонаря и шапка. "Он был здесь, подумал Крепкий. Куда он мог деться? Во дворе мы не встретились, хотя идти он мог Только той же дорогой". Под ребрами заныло беспокойство, Которое он ненавидел. Ощущение, что произошло нечто страшное и Непоправимое. Он опустил глаза, и мысли мигом разбежались в разные Стороны, словно потревоженные лучом света тараканы. От стола к порогу тянулась широкая полоса крови Вперемешку со следами рифленых подошв. Это явно были не брызги от сломанного носа или Порезанной руки, а сильный поток из большой раны, Находившейся, скорее всего, ниже пояса. Мужчина взял рацию к подбородку, нажал кнопку и Прошептал: "Ты где?" Тишину заполнил громкий треск. Через секунду он услышал собственный голос из рации Напарника, которая была где-то рядом. Крепкий вздрогнул, снова нажал на кнопку, И по другую сторону от входной двери с небольшой Задержкой раздался хрип динамика. Он подошел к двери и прижался ухом к мягкой Обивке. "Ты еще и рацию выронил на крыльце", подумал он. Зачем-то он снова нажал на кнопку и произнес: "Ты Где?" Пугающую тишину ночи разрезал его же голос, Искаженный замерзшим динамиком. Крепкий убрал палец кнопки, и шум за дверью Прекратился. Он вздохнул, не понимая, что делать дальше. Неожиданно рация в его руках зашипела. Он вздрогнул, уставился на черный коробок с Антенной. Рация затрещала, переходя на свист, словно кто-то Настраивал частоту радиоэфира, а через миг из Приемника раздался низкий женский голос.