Отелями

Танцуй, танцуй, дура! Танцуй, дурак! Как это утро хмурое в дырках, Как дуршлаг. Смотри, как в этом хламе и этими Лохами, отелями де ла плазами ты куплен с потрохами. Танцуй, танцуй, дура! Танцуй, дурак! Как это утро хмурое в дырках, Как дуршлаг. Смотри, как в этом хламе и этими Лохами, отелями де ла плазами ты куплен с потрохами. Звезды из инкубатора и столько много сахара. Ступени клеем обмазаны, поступки фазами. Век из угла разовый, цвет почему-то розовый. У молодых диагнозы и дорога из фольги. Отелями де ла плазами глаза обмазаны. Продажными бразами режутся тормоза. За зарево краснеет сердце заново, Как мышь вертятся для покупки вновь новой Индульгенции. Птицы феникс перо давно потухло, И труп Пьеро давно висит в петле на кухне. Пыльные туфли, что топчут красный ковер, Никогда не смогут под собой нащупать гор. И что за порода стирает кровью след позора? Жив ли тут еще хотя бы один Зорро? И чья шпага не гнется ни под каким огнем? И кто же нас спасет, если мы тут все Заснем? И чья пожарная тревога в итоге будет громче? Кто еще на посту? Кто еще уполномочен? Боги забыли о своих игрушках. Интерес пропал. Разбита с чаем кружка. Объектив направлен, твердо стоит штатив, И леди свое тело продает за позитив. Танцуй, танцуй, дура! Танцуй, дурак! Как это утро хмурое в дырках, как дуршлаг. Смотри, как в этом хламе и этими лохами, Отелями де ла плазами ты куплен с потрохами. Танцуй, танцуй, дура! Танцуй, дурак! Как это утро хмурое в дырках, как дуршлаг. Смотри, как в этом хламе и этими лохами, Отелями де ла плазами ты куплен с потрохами. Знаешь, сколько псов с именем Мухтар? И кто тебе сказал, что у него не сшибал? Соврал вруня свинцу мудрец, а ложь для мудреца не Что иное, как конец, как смерть сына для отца, Как смерть у жениха, побег из-под венца невесты, Как для шпиона суицид последнее средство. И ложь повсюду только ложь жрет наш светлый рок Этот. Для кого здесь благодать? Для кого урок века? Станет королем тот, у кого кулак сильней, Кто хитрее, продажней, у кого больше идей. Кто наложит жгут на руку наркомана друга. Передоз поверь, жизнь превратила в скуку, В комнату из дерева сто восемьдесят на шестьдесят, Где жильцы и съемщики поневоле спят. И сколько же ребят сбилось верного пути? И сколько же еще дьявол хочет душ купить? Малолетки без присмотра познают азы дна. Лучшая здесь та, что красива и модная. Та, которая умна и знает цену жизни трат. Здесь уже никак не подходит под формат. А дьявол распахнул двери, уж натравил собак на тех, Кто еще жив, тех, кто не принял мрак. Танцуй, танцуй, дура! Танцуй, дурак! Как это утро хмурое в дырках, как дуршлаг. Смотри, как в этом хламе и этими лохами, Отелями де ла плазами ты куплен с потрохами. Танцуй, танцуй, дура! Танцуй, дурак! Как это утро хмурое в дырках, Как дуршлаг. Смотри, как в этом хламе и этими Лохами, отелями де ла плазами ты куплен с потрохами. Знаешь ли, как сложно тут видеть, как друзья мрут, Как время денег смело надевает на людей хомут, Как шут становится божьему, отпуская шутки, Как опрометчиво живем, как зыбко тут, А жутко, как девушка знакомая стала проституткой, Как знакомый парень здесь наркоманом стал, Как ребенок во дворе впитывает губкой, Что такое секс и что такое шмаль. Здесь рояльной музыкой и даже не рингтон. Сначала развлечение, а остальное все потом. Лес пороков, похоти здесь окружает нас. И поцелуй любимый здесь заменяет нам напас. Танцуй, танцуй, дура! Танцуй, дурак! Как это утро хмурое в дырках, Как дуршлаг. Смотри, как в этом хламе и этими Лохами, отелями де ла плазами ты куплен с потрохами. Танцуй, танцуй, дура! Танцуй, дурак! Как это утро хмурое в дырках, Как дуршлаг. Смотри, как в этом хламе и этими Лохами, отелями де ла плазами ты куплен с потрохами.