Кевин Костнер E

Девять грамм, малыш. Крепкий кофе будит ни свет ни заря. По телевизору без звука какая-то херня в новостях. Прикурив, я сквозь дым наблюдал за ней, Засыпающей на диване. Это ногой и горячее тело меня до смерти манит. Утро, глухое тихое утро. Я смотрю на часы и жду будильник. Он зазвонит через минуту, потревожив ее сладкий сон. Холодный пол. Горячие нежные ступни коснутся Холодного пола. Она подойдет ко мне на носочках, возьмет за руку Теплым поцелуем в щеку, пожелав мне доброго утра. Нет, я не смог уснуть. Читал журналы, слушал попсу, думал о нас. В сердце Вселенная, в голове суд. Мутный остаток растекался по стенкам моей чашки, Предвещал лихую дорогу рожденных в рубашке. Шумят колеса по асфальту, ветер в форточку со Свистом. И она со мной в огонь и в Воду, как женщина декабриста. Я твой Кевин Костнер. И твой образ глубоко в моем мозге. Я твой Кевин Костнер. И твой образ глубоко в моем мозге. Солнце и дождь, мокрый асфальт капает с крыш, Капает вниз. В каждой капле отражая целую жизнь. Да не вопрос. Здесь все мы грешники. Маски, костюмы на вешалка. Каждый из нас на чем-то помешан. Блядь, вокруг весь этот грим, весь этот happy Nation. Я в этом мире public enemy на naughty By nature. И с этим надо полегче. Ничто не вечно. Груза на плечи давай потяжелее и покрепче. А мы с ней как на Марсе. Наш мир не тронут людьми и законам не подвластен. А мы с ней как на Юпитере. Наш мир огромен и такого вы еще не видели. И все вокруг кажется браком. Если что-то вдруг заставит ее заплакать и станет Больно, увидев ее слезы, сразу станет света мало и Заблестят они как фосфор. Я твой Кевин Костнер. И твой образ глубоко в моем мозге. Я твой Кевин Костнер. И твой образ глубоко в моем мозге. Детьми мы были, били, творили, любили, Лепили из того, что было, что смогли, То и слепили. Но на земле ангелам режут крылья Совсем еще невинным. Хочешь знать, почему они выходят в эфир? Спроси их. И мы бежим от самих себя. Родная, не оборачивайся. За нами следят. Твой бронежилет, моя спина и плечи. А ты держи мою руку покрепче. Дорога пунктиром, как в титрах голливудских фильмов. Огни блестят, словно граненые ювелиром. Мы закроем глаза и поддадимся стихии. Но я не дам тебе остаться одной в этом Мире. Я твой Кевин Костнер. И твой образ глубоко в моем мозге. Я твой Кевин Костнер. И твой образ глубоко в моем мозге.