Пропорция уязвимости

Мне кажется, от чего-то каждый раз холод. Проснись. Нас первым будем осенять. Что нужно уже сказать? Так горит, и мы станцуем у костра, Под горбатыми звездами в тишине, Вспоминая, кем бы мы хотели стать, Вспоминая, кого рядом со мной нет. Белый кот нам перебежит дорогу, Но еще не поздно поменять местами все. Окутанный крестами сон на меня уставится, Забрав с собой. Утомленные солнцем, Унисонные ветру, под свифты гитары в холодных горах, Рожденные в пепле, погребенные небом в раскованных Семьях, разбитые о челюсть осколками в сердце. Да, я буду говорить на кухне о том, что Тревожит, допивая стакан, убивая себя. Рядом брат или пьяный Семен это неважно сейчас. Одинокими кометами, унесенными на тысячу молекул, Моя боль в этих пропорциях помогает петь для них. Черное солнце кутает нас в пламени. Возможно, это правильно. Возможно, это ради нас мертвая родина в испаринах. Черное солнце обнимет, как родного сына, И мы гербарием, и с ним в молитвах, Чтобы ты за нас молился. Родимся бурей, псалмами в клейменных лицах. Так горит, и мы станцуем у костра, Под горбатыми звездами в тишине, Вспоминая, кем бы мы хотели стать, Вспоминая, кого рядом со мной нет. Белый кот нам перебежит дорогу, Но еще не поздно поменять местами все. Окутанный крестами сон на меня уставится, Забрав с собой. Моя доброта давит на ребра, Забирая воздух, тихонько поет нам. Ведь на небо никто тут и не зовет нас, А уже так хочется. Ведь я так уязвим. Они видели всю мою жизнь От крайнего трипа до горя семьи. Но мне хочется жить. Знаю, что кто-то разделит эту боль на двоих. А пока я один, это стремный тупик. Забиваю ватой свои стекла внутри, но так холодно Здесь, и тут столько недель. Это сторис из бездны, и вместо мобилы двустволка Обрежет. Моим бесам так хочется петь, Пока не кончится день. Эта горка из пепла, эта гордость, пиздец. Из-за проклятий клятв самый непрощенный бросит дом, И в нем грустный отец скурит мои нервы, Прах мой ощутит бронзовый лев. Мое сердце уже тормозит, свою печаль выкину на небо, И ты не дождешься меня, но моя боль с Тобой всегда, как имя на бэге. И я такой уязвим быть один. Позови меня к себе, я хочу видеть огни. Они видят мою боль, но боятся подойти, А мне хочется всего лишь оказаться среди них, Словно не такой, как все. В мыслях гроб и смерть. Я хочу думать, как думает обычный человек, И мне страшно просыпаться каждый день, Но меня греет то, что это все так нравится Тебе. Я вижу, как Так горит, мы танцуем у костра Под горбатыми звездами в тишине, Осознавая, кем бы мы хотели стать, Осознавая, кого рядом со мной нет. Но черный кот нам перебежал дорогу, И мы уже не можем поменять местами все. Окутанный крестами сон, закрыв глаза, Меня забрал с собой.