Тысячи историй E

Грозный. Это большое единое яблоко, кид. Силлер Хилл. Yeah, one. Я. Прольется новый рассвет на лабиринты квадратных Блоков, лунного блеска за горизонт, забрав обратно Локон, открыв тысячи новых окон рая, Врат порока. Рыцарь бетонных лесов всегда топтать Ногами рад дорогу под чистым небом, Зная то, что близко где-то мечта светает, Хоть и видно четче риска кредо. Утренней бриз кареты стали несутся по спискам клеток Вместе с памятью ярче самых жарких искр. Нет, разрезаны тучи стальными птицами блеска Трезвого лучегляда города. Не снится ли все это мне? Где-то в нет цепи оков и грани системы кто-то Стремится, порхнув пулей летом ранним из тела. Кто-то дышит среди пыльных кварталов брани и стен, Но все хотят хавать листая книги дней, Не хотя глав, зная, что одной дорогой ехать им Плавно. Кто-то ввысь стремится, кому не всмятку те Планы. Солнце снова выходит, даря нам новый день. В его целебном взгляде огнями горят оковы. День, бросая на тропу ночи, вновь разбудившей все от Офисных харь с пресными думами до парковских лавок с Местными гуннами бродить за чертою ночами честно не Лунными, рассудит нас в постье и рассудит нас сквозь Взгляд на тех, кто сверху и по сути не Спрося моей люти. Пускай свыше осветят пути мы скроем всем скрутим мы Строй тех, кто стада стал частью, смывши дешевой Позолоты с них слой. Бля! Ха-ха! Пацаны, почем кирен? Тысячи историй города. Найди меня там. Тысячи разных дорог, Они пройти велят. В тумане запретных троп рассказ, Как картины рядом. Сладкий стол для тех, кому всегда В квартиру состряпан. Улицы ранят, но стены полюбят и примут чистой Любовью, без валюты и грима. Годы оставят в глаза блеск салютом игривым и полотно Души будет чистым, как ни малюй ты там криво. Жизнь одна, историй тысячи. Что перо не срежет, то плеть высечет. Мы изрекаем жемчуг, но вы не слышите. Смотри, как пышно те у нас взрываются часто. На постой сигары как Кастро. За пясть может сверкнуть ствол зубастый. Пустынный ястреб. Свистят гимнасты, не отходя от кассы, Прожевать мясо. Вот здесь однажды один охуительный пекарь запекал Толка округлый, как аптека. Под плюхи плясала областная дискотека, Но один кон засиял в него пеклем. И вообще мне тут с вами перетирать некогда. Жизнь одна, историй тысячи. Что перо не срежет, то плеть высечет. Мы изрекаем жемчуг, но вы не слышите. Жизнь одна, историй тысячи. Что перо не срежет, то плеть высечет. С конца. Тысячи историй города. Найди меня там. Тысячи разных дорог, Они пройти велят. В тумане запретных троп рассказ, Как картины рядом. Сладкий стол для тех, кому всегда Квартиру состряпан. Улицы ранят, но стены полюбят и примут чистой Любовью, без валюты и грима. Годы оставят в глаза блеск салютом игривым полотно Души будет чистым, как ни малюй ты там криво. Тысячи историй города. Найди меня там. Тысячи разных дорог, Они пройти велят. В тумане запретных троп рассказ, Как картины рядом. Сладкий стол для тех, кому всегда В квартиру состряпан. Улицы ранят, но стены полюбят и примут чистой Любовью, без валюты и грима. Годы оставят в глаза блеск салютом игривым и полотно Души будет чистым, как ни малюй ты там криво.