Мюнхгаузен

Темнела стылая вода в изгибах Яузы. Я называла вас тогда Барон Мюнхгаузен. Вы распрощались в шесть часов, Гнали у трали. И знала точно врете все, но как вы врали. Увяли розы в ноябре, подмерзли саженцы, А мы на пушечном ядре Летали, кажется. Весь в яблоках и на лету зажарен перепел. Вы продавали мне мечту, а я поверила. Творцы из воздуха и пены, как кровь из вены Измена. Пустынь белеет простыня, и в ней вся ночь белей Дня, как будто не в Москве, а в Питере. Не знаю, спите ли, храпите ли, Меня на прочих променяв, ошиблась Ангелом-хранителем. С московских башенок Кремля земля как ядрышко, И вы средь сборища кривляк, и пушки рядышком. На ветер брошены слова и листья порохом, Как яду я подсыплю вам Сырого пороху. Пустынь белеет простыня, и в ней вся ночь белей Дня, как будто не в Москве, а в Питере. Не знаю, спите ли, храпите ли, Меня на прочих променяв, ошиблась Ангелом-хранителем.