Электричкой из Москвы

Ржавая арматура в вековых бетонных плитах платформ. Жалкая архитектура когда-то пышных форм, Где дом на дом наехал, и опять они разошлись. И стук колес проносит эхом через жизнь. Записаны с детства на подкорку те топонимы. Исписанные тамбуры знакомы до боли мне. Там мутные стекла под слоями конденсата, И мы в них простояли нулевые и десятые. Святые девяностые мы бегали подростками, Расталкивая взрослых на ходу локтями острыми. Апостолы цветов своих команд и маек с группами. И весь вагон притих, следя за нашими зарубами. Мобильные отряды субкультур из моей юности вершат Свои обряды несказанной дерзкой глупости. И все в панику. Мы были словно призваны из книг Эрвина Уэлша, Паланика и Бринстона. Электричкой из Москвы я поеду, Я поеду в никуда. Там, где слышен крик совы, там, Где зынет в лужах талая вода. Та-да-да. И я поеду в никуда из Москвы электричкой. Небо порежут провода. В окне пейзаж типичный, будто античный мир в упадке От набегов варваров. И там закладки из синемет Уолтера Уайта. Это как терабайты жесткого музла в наушниках. Ты в обезьяннике ЖД узла в наручниках. Изображать падучую или мути на откуп, А синемент припрячет синемет и выпьет водки. Как будто волки рвали трупы промышленных гигантов. Трубы вонзились в небеса, как кости мамонтов. Ржа въелась намертво в железные каркасы те. Деньги теперь в оффшорах, в трастах. Все по красоте. И наши моногородки, как в игре в городки разбиты, Разбросаны, и в них вонзили ноготки женщины в белых Audi с суровыми мужьями, не понимая, Что они с нами в одной и той же Яме. Электричкой из Москвы я поеду, Я поеду в никуда. Там, где слышен крик совы, там, Где зынет в лужах талая вода. Та-да-да. Электричкой из Москвы я поеду, Я поеду в никуда. Там, где слышен крик совы, там, Где зынет в лужах талая вода. Та-да-да.