Всё теперь против нас

Все теперь против нас, будто мы креста не Носили, Словно аспиды мы Басурманской крови. Даже места нам нет в ошалевшей от горя России, И Господь нас не слышит, зови не Зови. Даже места нам нет в ошалевшей от горя России, И Господь нас не слышит, Зови не зови. Вот уж год мы не спим, под мундирами прячем Обиду, Ждем холопскую пулю пониже Петлиц. Вот уж год, как Тобольск отзвонил по царю Панихиду И предали анафеме души Убийц. Вот уж год, как Тобольск отзвонил по царю Панихиду И предали анафеме Души убийц. Им не Бог и не царь, им не воль И не совесть, Все им тюрьмы Долой да пожар до небес. И судьба нам читать эту страшную Повесть В воспаленных глазах Матерей да невест. И глядят нам вослед они долго в безмолвном Укоре, Как покинутый дом на Дорогу из тьмы. Отступать дальше некуда сзади Японское Море, Здесь кончается наша Россия и мы. Отступать дальше некуда сзади Японское Море, Здесь кончается наша Россия и мы. В красном ветре кружится, бесится белая Вьюга, Белый иней на стенах Московских церквей. В сером небе ни радости, нет ни Испуга, Только скорбь Божьей Матери по России Моей. В сером небе ни радости, нет ни Испуга, Только скорбь Божьей Матери По России моей.