Шоферская

Севка Сидоров шофёр и с таксисткой братья от Смоленки за углом на Арбате жил. Но однажды влез дурак в поножовщину и на север Мотанул, как в Тамбовщину. Дожидаться прихожан было глупо бы. Кинул свитер в чемодан да с подругами распрощавшись Пять минут через пару дней гнал по зимнику в Колод двести лошадей. В голове мыслей рой: вот оно съедение Триста вёрст песни пой. Водка за съедением. Думал Сева: отсижусь, так и позабудется. Только север дальний путь год баранка крутится. А приедет кто с земли, он всегда с расспросами: Что там нового ввели, где какие россыпи. Ночью соль река да лед засосёт под Ложечкой. И опять далёкий рейс, Очередь к окошечку. Только вроде и не впрок северные денежки Храбра, да коопторг выметает веничек. В голове ни шиша, пригруза в пол кузова. Где-то зреет черемша, где-то в парке Музыка. Чуял Сева недобро этот рейс на линии. Две бобины ещё днём сжёг, теперь заклинило. Печку выдуло, а в дверь сунешься порежешься. Минус сорок, ночь теперь. Долго ли продержишься? А у него в Москве братан техник в Автосервисе. Ох, и был сейчас бы там! Да только он на Севере замерзает не за грош Бывший Сева Сидоров. Будь он проклят, этот нож, чемодан со свитером. Полетели о Москве мысли в отдаление. Теплота в голове вот оно спасение. Не придут, не возьмут к поезду с вокзала. Чьи-то фары в стекла бьют. Или показалось? Не придут, Не возьмут к поезду с вокзала. Чьи там фары в стекла бьют. Показалось.