Буксуем E

Буксуют колеса на трассе жизни Прижался к обочине, голова скачет на кочках Слезы ручьем, но я не кисну Ведь под боком киса мурлычит, лохматая Людмурику рест энд пис Вчера юнцы, а сегодня хуи бородатые Трещины на губах увлажняю слезами После зарплаты Помнишь Сеню, 12 лет, патлатого В 16, и ведь только могила исправит горбатого Самокрутки в парадных, махорка в карманах Пиздюли отцовские были навешаны, потому что так надо И мы с камрадом против этого мира проклятого По телевизору фарш, и я утром в портфель тетрадки складываю Тархун после целебного снадобья Потом блюю в мусорки возле спара На Дворцовой атланты без зрачков, хотя так и не скажешь сразу 125 кубов «Альфа», довези меня до рая Ведь вдали от городов остается только живая музыка Серьезная, как в конце точка «Метну заточку, как факир, не в Сочи жить А в Магадане, глушить не водку, а чифирь» Кричевский Гарик говорил Все сядут, нужен только миг И за пару бутылок пройдешь за занавес Жизни бутырской, жалюзи приспустил И смотрю на жалобные лица синих мудил Крем пискаревский к чаю, садись, нелюдимый Ты всю жизнь один, как ядро в мортире Будешь потом удила затягивать в отцовской квартире Что посеяли, то и взрастили, такой контингент – такая идиллия Тут такая идиллия, этот мир холодный И я как мамонтенок на льдине, тащит за горизонт Душой почти одинок, за плечами проблем мешок Его затянул так крепко всю ношу в узелок Ищу то, что бы меня взяло Да и, по сути, в жизни будто зеро И грустнее этого семпла только зимний снежок Что падает за воротник Детское восприятие, где я еще слепой озорник-арник И так в этих мыслях залип А помнишь, как грел этот багрянец зари А сейчас всё бы отдал, чтобы входящий вызов Звонил от мамы И почему даже самые крепкие стебли ломает время Апрельская капель как слезы, мой день рождения Мы всей семьёй на одном фото С улыбкой и надеждой на будущее Как говорится, то ли будет еще Но уже вроде тридцатник, а жизнь хитрая, как лиса А я буквально вчера на своей улке плясал И к чему мы пришли А пришли мы к тому, что хороню котика Который был единственным другом По вечерам заливаясь, тушатся горящие трубы Вот это идиллия Мама с кухни кричит: «Давай, не пизди мне!» Но я не скажу, куда прятал бычки Помню, как сильно любил, а ты так ненавидела Но сейчас лучше б не видела, что со мной происходит Все мимо проходят, пока дети поджигают бродягу Но ему и без вас очень тошно Зимой в пансионате умирает Оскар Кокошка Под ногами снег пушистый еще хрустит Господи, должно же когда-нибудь повести Водитель, вези, пока веду монологи С чертиками по синьке Сожалею, что вообще все это осиливаю Мы с ней за ручки поднимались на крышу Чтоб увидеть город так же ярко, как в детстве А теперь я там один, как в любой грустной песне От дождя краски сгущаются Как кровь от этила На глазах чернеет лицо Что когда-то было светилом В эти моменты осознаю, что живой Курю, дышу и иногда ощущаю веселье Но все чаще ловлюсь на мысли Что мечтаю в дверном проеме повеситься Испытать последний Как полет в космосе Как тяжелый дым из фильтра отцовской «Примы» Хочется кататься на ледянке и санках В мокрой одежде с утра до вечера А сейчас щёлкает у виска Курок пистолета Стечкина Хороший выдался вечер