Ждём

Константа на проводе. Смотрите не дрогните. Мир изменился, а нам нужны перемены. Сорок пять один, бумага все так же горит. Отточила фантаст, как у Брэдбери. Рубим все, словно в регби. Тут район Октагона, прокуроры за рефери. Полчища прокляты в точечном округе. Глок с точностью омута вдыхает им объемами города. Дал показания с рукой на книге богов. Они поверили. Угадал, как шары в лотерее их. Как протоиерей Чаплин заподозрил классика. Не будь гибким, гни линия, не гимнастика. Неясный, как хаос на графике. Опасный, как рейдер на фабриках. Как Фауст, ничто тут не радует. Хотел платины, а тебя в дерево. Тут магнат акробат, тут война Карабах. С генералами за три сорок пять становимся Легендарными. Нас вспомнят. Чего нам ждать? Воскреснем во вторник и бит убьем, Ведь бит нам кровник. Летом на медленном, но в декабре был уверенным. На черном убийце с пропеллером засунул плеток сквозь Стерео. Мы квиты, теперь большие лифты. Глаза пустые, сплошные рифмы. Двойной на легке готов на подвиг. На купюрах коробки бетона вместо Белого дома. Мой район в хромосоме. Посажу кобру на трон фараона. Вопьюсь им всем в горло зубом мудрости. Хмурый, как кубики, золове, как у Кудрина. Гублено, делано, да на зоны поделено. Аминь. Аминь. Гублено, делано, да на зоны поделено. Аминь. Аминь.