Так и покатил я

Осудили судьи меня сроком на семь лет. Затолкал конвой меня в машину. Так и покатил я, проклиная белый свет, В дальний лагерь от своей любимой. Так и покатил я, проклиная белый свет, В дальний лагерь от своей любимой. Помню, как с тобою целовались мы вдвоём и, Любуясь солнечным закатом. Ждёт меня теперь холодный вьюжный Магадан с Тачкою, киркою и лопатой. Ждёт меня теперь холодный вьюжный Магадан с Тачкою, киркою и лопатой. Посадили в трюмы, в океанский пароход, Вход забили толстыми досками. Песню затянул наш весь измученный народ, Обливаясь жгучими слезами. Песню затянул наш весь измученный народ, Обливаясь жгучими слезами. Магадан суровыми метелями встречал с криком Часовых, с собачьим лаем, А конвой прикладами нас сопровождал, Молодой узник, в ближний лагерь. А конвой прикладами нас сопровождал, Молодой узник, ближний лагерь. От мороза слёзы выступали на глазах, А на руках кровавые мозоли. А когда с работы возвращались мы в барак, То всё время думали о воле. А когда с работы возвращались мы в барак, То всё время думали о воле. Ты мне пишешь в письмах, что сейчас идёт весна. Ой, как трудно вспоминать об этом! А у нас стоит двенадцать месяцев зима, А остальное, дорогая, лето. А у нас стоит двенадцать месяцев зима, А остальное, дорогая, лето. Годы заключения пролетят кошмарным сном, А будет долгожданная свобода. А буду вспоминать седым, угрюмым стариком в Юности утраченные годы. А буду вспоминать седым, угрюмым стариком в Юности утраченные годы.