Судьба моя

Сосны серые, сопки белые и шагал этап, А мороз крепчал, ветер с ног валил, Но никто не ныл. По краям конвои и собаки вои, сердце сжалось. Силы бы сберечь, ведь сучняк как есть отожрался. Двести вёрст понты, нужно всем дань ты, Отогреемся. Привыкать ли нам, чистым босякам, К этим прелестям? Пайка хлеба всласть, снега горсть ништяк, Не задавимся. Но до лагеря долгожданного мы дотянемся. Вспоминаю вдруг тополиный пух, Хату старую. Под окошком мать всё кричала вслед сказку Старую: "Не водись с ворьём, возвращайся в дом, Ты как все живи. Научись пахать свою землю-мать и детей расти". А на бегу в пущу я коммуну ту, Всю колхозную. Соберётся сход, трактора в расход в душу грешную. Комсомольский сброд и доярок взвод, Не семья вы, не мать. Мне с ворами быть и бродягой жить, Вечно отрицать. Ты прости меня, я люблю тебя, но судьба моя. Суждено страдать, снова воровать, На режим плевать. Меня как уж сорвал, в общее послал ради светлого. Но опять менты кошелёк с руки стянул первым я. Мусора вокруг пили кровью мою. "Расколись, сынок, сынок, где кенты твои? И даём тебе мы поменьше срок". Сосны серые, сопки белые, не видать Ментам. Ну да Бог судья и до лагеря уж рукой Подать. Мусора вокруг пили кровью мою. Где кенты твои? И даём тебе мы поменьше срок. Ну да Бог судья и до лагеря уж рукой Подать.